Отважный спаситель

— Ну, ладно же, я тебя проучу, — пробормотала она.

С трудом поднявшись на ноги, медленно доплелась до ручья, наклонилась и долго-долго пила холодную воду. Болтая рукой в воде, она украдкой посмотрела через плечо. Увы, Ник и не думал ее дожидаться, как она полагала. Он уже двигался по дороге, на приличном расстоянии от нее.

— Будь он проклят! Он и в самом деле меня бросит! — воскликнула девушка. Осыпая его проклятиями, она поковыляла за лошадью. — Подождите!

Ник остановил мустанга. Не глядя на нее, он протянул руку и подсадил ее на спину Скаута позади себя.

Злые слезы выкатились из глаз Саманты и побежали по горячим щекам. «Да он просто подлец! Когда он только исчезнет с моих глаз?»

Ник всем своим существом ощущал ярость, исходившую от рыжеволосой женщины, которая сидела у него за спиной так, словно проглотила палку. Впрочем, он и сам клокотал гневом. «За кого она меня принимает, — размышлял он, — за свою горничную, что ли? Что мне с этой ведьмой делать, может, оставить ее?» Тысяча чертей! Да ему шишка на голове не дает покоя, волдыри на обожженной заднице, а она, видите ли, жалуется, что ей жарко и она голодна. Черт побери, они через несколько часов доберутся до ранчо, и там она может съесть хоть целую корову, если у нее будет такое желание!

Он не мог дождаться, когда наконец отделается от нее. И первое, что он намеревался сделать по прибытии, это передать норовистую девицу Джеффу. Сардоническая улыбка появилась на лице Ника, когда он представил себе их встречу. Что ж, Джефф заслужил то, что с ним произойдет. А затем он примет ванну, съест бифштекс, ляжет спать и проспит целую неделю. Он решил для себя, что впредь и близко не подойдет к салуну Молли, во всяком случае, до тех пор, пока там будет она. Эта маленькая злючка способна довести мужчин до такого состояния, что они зарекутся иметь дело с женщинами.

Ник выругался, представив себе, каким насмешкам он подвергнется со стороны поденщиков, когда те увидят, что он въезжает на ранчо в изорванных кальсонах и с головы до ног в синяках. Ему такого не пережить. Ковбои любят посплетничать и в этом отношении могут переплюнуть даже баб. Это станет известно всей округе. Ник покачал головой. Ему нужно либо сменить имя, либо уезжать из этих краев.

Затем ему пришла в голову новая мысль, которая подняла настроение. Может быть, если он дождется темноты, им удастся проскользнуть во двор незамеченными. Пока что его никто не видел. Он ехал обходными путями, появляясь только на перекрестках, которые вели к Каньон-Спрингс. Ник задержал дыхание, подумав, что Саманта захочет, чтобы он отвез ее прямо в город. Но она даже не заметила, где они оказались, — может быть, спала. Он нахмурился. Вскоре им придется на короткое время оказаться на главной дороге, другого пути к ранчо просто не существовало.

Ник посмотрел на высушенную солнцем тропу, и его взгляд упал на голую девичью ногу, прижатую к боку мерина позади него. Она наверняка обгорит, если будет продолжать сидеть в той же позе. Он хотел было предупредить ее, но, вспомнив, как дерзко и нахально она вела себя до этого, передумал.

Ник закрыл свой здоровый глаз, чтобы лучи солнца, отражающиеся от песчаника, не слепили. Черт побери, как же болит голова! В каньоне он поднялся вверх по ручью, чтобы Саманта его не могла видеть, и снова прикладывал холодный камень к подбитому глазу, однако это не слишком помогло. Ник с отвращением потряс головой, вспомнив свое отражение в воде. Глаз его распух настолько, что почти полностью закрылся, опухоль была омерзительного черно-фиолетового оттенка. А губа выглядела так, словно его ужалила пчела. Боже милосердный, конечно же, ему нужно появиться на ранчо затемно! После того как он отделается от этой ведьмы, он станет говорить всем, кто рискнет задавать вопросы, что по пьянке свалился с лошади или что-нибудь в этом роде. Во всяком случае, он не собирался никому рассказывать, что до такой степени был изувечен женщиной.

Каньон остался позади, и впереди открылась поросшая кустарником равнина с небольшими скалистыми холмами вдоль дороги. Ник придержал Скаута и стал рассматривать расстилающийся перед ним путь. Пока что никого не видно. Хорошо. Если ему удастся проехать еще миль пять незамеченным, то после этого он окажется на тропе, ведущей прямо к дому.

— Я хочу пить, — прошептала Саманта.

— Придется подождать. Ближайший источник воды милях в восьми отсюда, — ответил Ник.

Проклятие, зачем он ей так сказал? Он не собирался оставаться на главной дороге так долго. А коли так, то воды не будет до самого ранчо. Так что они вынуждены отправляться прямо сейчас, не дожидаясь темноты. К тому же у него самого во рту творилось такое, словно он жевал вату, глоток воды был бы весьма кстати. Ник пустил Скаута вперед быстрым шагом.

Некоторое время спустя, зная, что водный источник находится за ближайшим поворотом, Ник перевел мустанга на медленный шаг и стал осторожно осматриваться. Он с облегчением отметил, что никого в поле зрения не было.