Паханы, авторитеты, воры в законе

Воры, решив избежать лесоповала, шахт и рудников, зачаливалисьна пересылке и становились парикмахерами, кладовщиками, поварами, нарядчиками, бухгалтерами, писарями, банщиками, прачками. Короче, всеми теми, кого в лагерях называют придурками.Администрация пересыльного пункта клала зарплату придурковсебе в карман, взамен закрывая глаза на все их проделки. Ссученныеворы обирали новобранцев, идущих по этапу в далекий лагерь. Они могли в наглую отобрать обувь, деньги, одежду, продукты или же выманить их обманом. Скажем, предлагали с озабоченным видом сдать все деньги и получить взамен расписку, оставить вещи в предбаннике, сдать на хранение табак и чай. Часть арестантского добра оседала в сучьемлогове, а часть отдавалась надзирателям, которые всячески поощряли подобное рвение блатарей.

Любая работа для вора в законе считалась предательством.

Ссученныхблатарей поначалу били, калечили, убивали. Но с каждым годом истреблять их становилось трудней. Сукразводилось все больше и больше, они начали объединяться в сучьи отряды,которые имели свой общак,своих шестерок и быков.В середине 40-х годов администрация многих лагерей, повинуясь негласным инструкциям вышестоящих чинов, создала в зонах комендатуры — внутрилагерную полицию, состоящую исключительно из сук.

Блатные штурмовики силой загоняли зэков на промышленные участки и держали порядок, применяя кулак или что-нибудь потяжелее.

В 50-х годах комендатуре присвоили уже официальное название — СВП (секция внутреннего порядка).

Сукамнадели на рукав их отличительный знак — красную повязку, и они удостоились еще одного прозвища — «красноповязочники». Сегодня сучьи отрядыименуются еще мягче — СПП (секция профилактики правонарушений). Эти аббревиатуры лагерная братва расшифровывала по-своему: «Сука вышла погулять», «Сука вышла пообедать», «Суке пришла половина» (досрочное освобождение). Уже в те времена стали расселять блатарей и активистов по разным баракам, чтобы они не перерезали ночью друг друга. В особых случаях сучье логовоотгораживали забором, пропуская поверху колючую проволоку.

В лагерях стычки между честными и ссученнымиворами проходили «стенка на стенку».

Сукистремились держаться группами, избегая подлой заточки или удавки. Они были в меньшинстве, но этот недостаток им компенсировала власть, подаренная хозяином.Открытой вражды между воровскими кланами еще не наблюдалось, «сучьей войне» предстояло разгореться спустя несколько лет. А тогда шли местные разборки за власть в тюрьмах, лагерях и на пересылках. Воры в законе, несмотря на свою повышенную изоляцию и подконтрольность в зонах, ухитрялись обходить сук.Благодаря своей сплоченности и принципиальности, они еще до своего прибытия в конечный лагерный пункт расставляли там своих смотрящих,которые начинали подготовительную работу среди местной братвы и лагерного персонала.

Холодная война между ворами в законе и сукамизакончилась в конце 40-х годов. Началась откровенная бойня за власть в зоне. Государство, истерзанное войной и разрухой, озлобилось на тех, кто не хотел «становиться на путь исправления». Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 года, ужесточающий ответственность за корыстные преступления, породил очередную волну отказников.

Многие законникистали отходить от традиционного воровского промысла и автоматически исключались из блатного ордена. После этого завязавшийвор мог погибнуть при первом же удобном случае. Ему не оставалось другого выхода, как примкнуть к активу, который лелеяло и оберегало Главное управление лагерей.

Администрации исправительных учреждений получили приказ на формальное создание внутрилагерных структур, призванных оказывать ей помощь в наведении порядка. По оперативным данным НКВД, блатной орден уже насчитывал 6–7 тысяч воров в законе, имевших реальную власть в тюрьмах и лагерях. Карательная машина неуклонно поворачивалась против тех, кого создавала два десятилетия назад. Начиналась очередная гражданская война — «сучья», унесшая тысячи жизней и подготовившая почву для лагерного беспредела.

Самая кровавая разборка с сукамипроизошла в 1949 году на пересылке в бухте Ванино. Три десятка блатных изгнанников попытались закрепиться на штатных работах в Ванинском порту. Они успели распределить между собой все «косячные» должности, но их планам не суждено было сбыться. Прибывшие по этапу воры в законе под благовидным предлогом выманили сукна сходку. События того дня даже отъявленные рецидивисты не могли вспоминать без содрогания. С изменниками не стали дискутировать или переманивать обратно в блатной орден. Их просто перекололи заточками.