Пакт Молотова–Риббентропа – детонатор мировой войны или шаг к Победе 1945 г.?

Причем поляки реально готовили силовой захват Данцига. После войны символом героизма польской армии с 1945 г. признана оборона Вестерплатте, то есть не территории Польши, а района Вольного города Данцига, где поляки добились у Лиги Наций размещения таможенного терминала и склада.

Однако поляки ухитрились на территории терминала незаконно построить шесть фортов. Гарнизон Вестерплатте составлял 205 военнослужащих при одной 75-мм пушке обр. 1902/1926 г., двух 37-мм противотанковых пушках, четырех 81-мм минометах, 41 пулемете и т. д. Хороша таможня!

«Таможенники» держались против ополченцев Данцига, эпизодически поддерживаемых (причем безграмотно) огнем учебного германского корабля «Шлезиен», целых три дня – с 1 по 3 сентября 1939 г. А потом дружно сдались, переодевшись в униформу польской армии.

Поляки потребовали у Лиги Наций создать в Данциге свою почту. (Попробовал бы Сталин у Гитлера потребовать создать почту в Третьем рейхе, или Гитлер – в СССР.) Лига разрешила.

И вот 1 сентября 1939 г. на почте оказалось 110 «почтальонов в штатском» с пулеметами, автоматами и ручными гранатами. Штатское одеяние их и подвело. Через 15 часов перестрелки «почтальоны» сдались, были судимы военным судом и расстреляны как партизаны. В 1970-х годах польские юристы добились оправдания «почтальонов», поскольку они сражались не против регулярных войск (вермахта), а против полицейских Данцига. А сопротивление гражданских лиц полиции по каким-то там законам не является «партизанскими действиями».

1 сентября 1939 г. германские войска вторглись на территорию Польши. 3 сентября 1939 г. польское радио сообщило о наступлении польских войск на Берлин. Второе сообщение Главного штаба в тот же день: «Мы уничтожили 100 танков и 37 немецких самолетов».

«Вильновская газета» от 3 сентября 1939 г. публикует то же самое: «Мы уничтожили 100 немецких танков и 37 немецких самолетов! Немецкое население в панике боится и готовится к налетам доблестной польской авиации, особенно после того как после первого немецкого налета на Польшу было сбито 16 немецких самолетов».

Варшавская газета «Минута» от 6 сентября 1939 г. сообщает: «Налет 30 польских бомбардировщиков на Берлин! Линия Загфрида сломана в пяти местах! Немецкие войска разбегаются в панике. Французские войска вступили в Саарский бассейн».

Газета «Варшавский вечер» от 12 сентября 1939 г. пестрила заголовками: «Немецкие войска разбиты и отступают от Варшавы!», «Немцы подобны татарам».

5 сентября 1939 г. газета «Express Poranny» пишет: «Польская кавалерия вторглась в Восточную Пруссию. Захвачены Клархель и Ковалевен».

Газета «Варшавский национальный дневник» от 14 сентября 1939 г.: «Лодзь в руках польских – отбита бравой атакой», «Армии Поморская и Познаньская соединились под Кутнем».

А вот уже настораживающая информация: «Немецкие бомбардировщики с польскими опознавательными знаками атаковали советскую территорию. Как пишет статья, московское радио сообщило, что несколько польских бомбардировщиков вторглись на советскую территорию и бомбили села. Это не единственный случай… Далее польская газета пишет, что, мол, это были немцы с польскими опознавательными знаками…»

В других газетах постоянно публикуются сообщения о сбитых над СССР германских самолетах. Один из них якобы сбили рядом с Киевом.

Как раз с 15 сентября начинаются нарушения советской границы польскими самолетами. Сообщение командира Олевского погранотряда: «17 сентября три тяжелых двухмоторных самолета, нарушив советско-польскую границу с юго-запада, сбросили 5 бомб на ж/д станцию в 12 км восточнее г. Олевск, не причинив ущерба, после чего ушли в глубь советской территории вдоль ж/д линии. Принадлежность самолетов не установлена»[116].

Не похоже ли на провокацию с целью вызвать советско-германский конфликт?

Ну а что делали западные союзники Польши? Британский премьер Невиль Чемберлен два дня колебался и лишь утром 3 сентября объявил в палате общин, что Англия находится с 11 часов утра 3 сентября в состоянии войны с Германией. «Палата общин, – заметил английский историк Тэйлор, – силой навязала войну колебавшемуся английскому правительству». В тот же день, в 17 часов, объявила войну и Франция.

Замечу, что англичане и французы могли в первый же день войны начать с воздуха разрушение германских промышленных центров. К началу войны англичане имели в метрополии 1476 боевых самолетов и еще 435 самолетов в колониях. И это не считая морской авиации сухопутного базирования. На шести английских авианосцах базировался 221 самолет.

В английской бомбардировочной авиации были подготовлены к боевым действиям 55 эскадрилий (480 бомбардировщиков) и еще 33 эскадрильи находились в резерве.