Пакт Молотова–Риббентропа – детонатор мировой войны или шаг к Победе 1945 г.?

И вот главным комендантом Стрелецкого союза стал Пилсудский, которому подчинялись легальные стрелецкие объединения на территории австрийской Галиции и нелегальные военизированные организации на польских землях, принадлежащих Германии и России. Руководящие посты в «Стрельце» занимали многие будущие лидеры «санации» – К. Соснковский, Э. Рыдз-Смиглы, В. Славек. На момент начала Первой мировой войны Стрелецкий союз насчитывал 6449 подготовленных бойцов. С началом военных действий стрелецкие организации стали основой воевавших на стороне Тройственного союза Польских легионов и конспиративной Польской организации войсковой (ПОВ), сыгравших важную роль в возрождении польской государственности.

Первоначально было сформировано два легиона: Восточный (во Львове) и Западный (в Кракове). Восточный легион был укомплектован добровольцами из Восточной Галиции. Он так и не принял участие в боях. Покинув Львов в конце августа 1914 г., уже 21 сентября легион был расформирован, так как большинство легионеров, деморализованных поражениями Австро-Венгрии в первые недели боев, отказались принимать присягу.

Летом 1915 г. русская армия оставила этническую Польшу. 5 августа германские войска вступили в Варшаву. Царство Польское было разделено на две зоны оккупации: германскую с центром в Варшаве и австрийскую с центром в Люблине.

5 ноября 1916 г. германский и австрийский императоры провозгласили создание Королевства Польского, которое должно было стать «самостоятельным государством с наследственной монархией и конституционным устройством в единении с обеими союзными державами». Но при этом ни границы, на основы государственного устройства новосозданного королевства установлены не были. В качестве органа управления в декабре 1916 г. был создан Временный Государственный совет («Рада Стану»), состоявший из представителей различных политических партий. Под контролем германских военных властей началось формирование польских войсковых частей, всего в них набрали около 300 тысяч человек.

В ответ российское Министерство иностранных дел 12 декабря 1916 г. вяло заявило, что Россия стремится к созданию «свободной Польши» из всех ее трех частей. Однако о границе ее тоже ничего не было сказано. В декабре 1916 – январе 1917 г. русским властям было не до Польши. Так, в дневнике Николая II за этот период много говорится о Распутине и ни слова о Польше.

Февральская революция кардинально изменила ситуацию. Уже 14 (27) марта 1917 г. Петроградский совет декларировал право наций на самоопределение. Это решение спровоцировало взрыв сепаратистских настроений по всей империи. В мае 1917 г. в Киеве была образована Центральная рада во главе с президентом М.С. Грушевским. В июле 1917 г. была образована Центральная рада белорусских организаций, которая с октября 1917 г. стала называться Большой радой.

17 (30) марта Временное правительство заявило о необходимости создания независимого польского государства, находящегося в военном союзе с Россией, но планировало сделать это не ранее окончания войны и по решению Учредительного собрания.

В заявлении Временного правительства содержалась весьма неприятная для польских националистов фраза о польском государстве, «образованном на всех землях, населенных в большинстве польским народом, надежным залогом прочного мира в будущей обновленной Европе».

Предположим на секунду, что поляки действительно создали этнически чистое польское государство, ну а в пограничных районах, где поляки составляли от 60 до 40 %, произвели бы равноценное перемещение населения, как, к примеру, это сделали турки и греки в 1922 г.

Увы, жадные паны мечтали о Великой (лоскутной) Польше размером с лоскутную Австро-Венгерскую империю.

6 апреля 1917 г. польский Временный Государственный совет заявил, что одобряет декларацию русского Временного правительства. Но «вековой польско-русский спор относительно обширной территории, лежащей между этнографической Польшей и Россией, издавна связанной с судьбой Польши, не разрешен до конца в воззвании российского правительства. Мы не можем предоставить урегулирование этого спора одностороннему решению Учредительного собрания России. Судьба этих земель должна быть решена с точки зрения державных интересов независимой Польши и с уважением воли народов, населяющих эту территорию»[52].

Планы создания Польского государства совпадали с намерениями Антанты. Так, получив известие об отречении Николая II, английский министр иностранных дел Джеймс Бальфур тут же заявил: «Если удастся создать совершенно независимую Польшу… то можно будет полностью отрезать Россию от Запада. Россия перестанет быть фактором в западной политической жизни или почти перестанет быть таковым»[53].