Пакт Путина-Медведева. Прочный мир или временный союз

Данный «милитаристский» характер поездок президента был ориентирован на завоевание симпатий патриотически и государственнически настроенных групп населения. Кроме того, не исключено, что эти имиджевые мероприятия были призваны нейтрализовать звучавшие ранее обвинения «державников» в адрес Медведева якобы в «сдаче позиций» в ходе переговоров с американским президентом. В частности, именно из этих кругов прозвучали предположения, что Россия идет у США на поводу.

Кстати, анализ результатов визита Барака Обамы в Россию позволяет предположить, что, при чисто декларативных практических итогах, основной целью Вашингтона было определить, на кого делать ставку в России, с кем реально решать вопросы. Говорят, что Путин, встречаясь с американским президентом, намекал на то, что именно он реально способен решать вопросы и потому единственный может быть главным партнером. С другой стороны, Медведев оказался близок Обаме по своему политическому стилю. Какой выбор в итоге сделал президент США и его администрация, стало известно позже, в 2010 году, и это выбор — Медведев.

Основным ограничителем на пути реализации сценария по взаимному сближению выступала чрезмерная персонификация двусторонних контактов. Несмотря на то, что оба президента стремились в ходе саммита всячески подчеркнуть системный характер диалога, на практике его развитие объяснялось более их волевыми решениями, что фактически и закрепила двусторонняя Российско-американская президентская комиссия.

При этом, ни Россия, ни США, как полагали аналитики, не были готовы к построению таких отношений, которые бы не зависели от развития их внутриполитической конъюнктуры.

Данное обстоятельство не позволяло говорить о возможности сохранения текущего формата взаимодействия в долгосрочной перспективе и закрепления за ним полноценного стратегического статуса. Отметим, что было сделано на данном этапе. Во-первых, преодолен острейший кризис в отношениях между Москвой и Вашингтоном, которым завершила свое пребывание у власти администрация Джорджа Буша-младшего. Стало ясно — возврата к эпохе конфронтации в обозримом будущем пока не предвидится. Изменился тон российско-американского диалога. На первый план вышли общие интересы двух стран, что позволяет добиваться серьезных договоренностей по ряду вопросов международной безопасности и двусторонних отношений.

Во-вторых, подписано соглашение о сотрудничестве по Афганистану. Это касается, прежде всего, транзита американских военных грузов и военнослужащих через Россию в Афганистан, который объявлен Обамой «центральным фронтом» в борьбе против терроризма. Еще раньше подобные соглашения были заключены с Германией, Францией и Испанией. Недавно возобновил свою работу Совет Россия — НАТО, где афганская тема также является ключевой. Справедливости ради отметим, что отдельные эксперты полагают, что открытие транспортных путей через Россию является чуть ли не ограничением ее суверенитета.

В-третьих, подписано соглашение о развитии двустороннего военного сотрудничества, которое было подготовлено на встречах начальника Генерального штаба и председателя Комитета начальников штабов.

Речь идет об оперативной совместимости вооруженных сил двух стран.

В-четвертых, Россия и США совместно проведут изучение угрозы со стороны баллистических ракет третьих стран. Как известно, США мотивировали свой выход из Договора по ПРО и развертывание стратегической противоракетной обороны ракетной угрозой со стороны КНДР и Ирана. Но у этих стран нет межконтинентальных ракет, у них есть только ракеты средней и меньшей дальности, которые 20 лет назад были запрещены Договором о РСМД. Это и позволяет нам и американцам начать диалог об угрозе и средствах его парирования. Россия категорически против развертывания ПРО в Европе.

В-пятых, подписан документ «Совместное понимание нового Договора о СНВ». Согласно этому документу новый договор будет рассчитан на семь лет. При этом устанавливаются уровни в 1500–1675 стратегических боеголовок и 500—1100 ракет и тяжелых бомбардировщиков. Такие параметры отразили серьезные расхождения между позициями двух сторон, особенно в отношении носителей стратегического оружия. Нет ясности в отношении «правил зачета» и соответственно мер проверки и верификации. Сохраняется и возможность сохранения американцами крупного «возвратного потенциала» — примерно 3 тыс. ядерных боеголовок, которые могут быть вновь установлены на ракетах США за относительно короткий срок. Все эти вопросы предстоит уточнять переговорщикам, чтобы подготовить текст нового договора до истечения срока действия Договора СНВ-1 в декабре 2009 года.

В-шестых, достигнута договоренность о взаимодействии по вопросам нераспространения. Обама в отличие от Буша не требует «смены режимов» в Иране и Северной Корее, а выступает за переговоры о прекращении ракетно-ядерных программ. Это позволило сблизить позиции России и США. Но на конференции по Договору о нераспространении в мае 2010 года ядерные сверхдержавы должны продемонстрировать, что они продолжают сокращать свои ядерные вооружения.