Пакт Путина-Медведева. Прочный мир или временный союз

Гос. Дума все-таки предусмотрела некоторые послабления для НКО с годовым оборотом менее 3 млн. рублей (среди организаций этого сектора их примерно 80 %), упростив порядок подачи ими отчетности. Правда, если среди учредителей такой НКО окажутся иностранные граждане и организации либо выяснится, что НКО получало деньги из-за рубежа, то организация должна отчитываться в полном объеме. Административная нагрузка на «большие», с оборотом больше 3 миллионов, НКО и организации с иностранным участием останется прежней.

Поправки предусматривают сокращение срока регистрации НКО с 30 до 14 рабочих дней, но об изменении закона об общественных объединениях, который предусматривает 35-дневный срок их регистрации, депутаты не позаботились.

Ревизоры не смогут требовать у НКО во время проверок сведения, которые они могут получить иначе (например, в налоговой службе, органах статистики или кредитных организациях). Однако ревизоры сохранили право проверять соответствие деятельности НКО законодательству и уставным документам вообще. Отказать в регистрации отделения иностранной НКО отныне нельзя, но в этой норме остались упоминания об угрозе «суверенитету», «национальной целостности» и «национальным интересам».

Далее, если окажется, что документы, поданные НКО, оформлены в «ненадлежащем порядке», то ей не откажут в регистрации сразу, как сейчас, а заморозят процедуру до тех пор, пока НКО не перепишет бумаги (это позволит НКО избежать потери времени и повторной уплаты госпошлины—2000,00 рублей). Но если НКО не исправит ошибки в срок, ее не зарегистрируют.

Послабления касались того, что НКО теперь будут проверять не ежегодно, а один раз в 3 года (внеплановые проверки, впрочем, чиновники могут устраивать хоть ежемесячно). Кроме того, президентский законопроект обязывал НКО ежегодно публиковать отчет о деятельности в Интернете или в печатных СМИ — однако не вместо официальной отчетности, а наряду с ней.

Помимо этого, Медведев лишил Росрегистрацию контроля над НКО и передал ее полномочия Министерству юстиции. Но премьер Путин вычеркнул из списка международных и иностранных организаций, гранты которых не облагаются в России налогами, 89 из 101 структуры.

Параллельно Гос. Дума одобрила законопроект об антикоррупционной экспертизе правовых актов, но настояла на том, что эта экспертиза носит исключительно рекомендательный характер и отказалась расширить перечень коррупционных факторов (предложение Михаила Емельянова, члена «Справедливой России»). Таким образом, парламент еще раз подтвердил, что является эффективными лобби-инструментом бюрократических групп влияния.

Антикоррупционная экспертиза предполагала выявление т. н. коррупционных факторов в правовых актах всех уровней, что позволило бы прокуратуре (главными экспертными инстанциями стала прокуратура и органы юстиции) оперативно реагировать на злоупотребления административным ресурсом. Тем не менее, рекомендательный статус заключений теперь не позволит останавливать принятие того или иного правового акта, предоставив прокурорам право добиваться их отмены в суде.

На «отсутствии необходимости чрезмерной детализации норм проекта» вновь настоял представитель команды Путина — Владимир Плигин, глава Комитета по законодательству. Кстати, заключение Правового управления Президента на проект документа во втором чтении было положительным: это позволяло отметить относительную согласованность действий Гос. Думы и АП.

В результате, совокупность действий Путина и Медведева позволяют наблюдателям четко отслеживать наметившиеся конфликтные линии в их отношениях. Скорее всего, Кремль и Правительство и дальше будут демонстрировать «единство и борьбу противоположностей», так как, в ходе этой борьбы премьер очевидно дает развиваться потенциалу Президента. Такая игра премьера и Президента даст им возможность выявить реальные очертания своих групп поддержки уже в ближайшее время. Особенно важно это в преддверии 2012 года.

Прочем, не обходится и без жесткости: опубликованные (и не заблокированные ФСО) снимки в Интернете из итальянской Аквилы, где Медведев, поддерживаемый Сильвио Берлускони и иногда — Николя Саркози, находился, как предполагали, в состоянии подпития, были своеобразным предупреждением Президенту от команды премьера с намеком на «некоторые новые особенности поведения первого лица», проявленные в ходе визита Обамы и неприемлемые для поддержания баланса во властном тандеме.

Фото, на самом деле, — ловко подобранные ракурсы, в общем, адекватного человека: ажиотаж, которые они вызвали, носил искусственный характер и уложился в рамки информационной борьбы против команд премьера и Президента.