Памятник Бешеной Пехоте

…То, что Масхадов в виде цели для своего удара выберет Шатой или Ведено – это очень и очень спорно. В Шатое и выше боевики и так себя чувствуют довольно уютно. Им портить эту идиллию не с руки. За 245-ым мотострелковым полком российских войск нет, а если какой-нибудь кипиш крупный начнется, то войска там обязательно появятся, и тогда прощай спокойная жизнь. Ну а в Ведено живут чеченцы, которые натуральные волчары, а ни один уважающий себя волк не станет охотиться рядом со своим логовом – это аксиома! Чуть что и все села, которые до сих пор оставались там целыми, сразу превратятся в разграбленные руины и веденцам это на хрен не надо. Что касается Шали, то если Масхадов приведет свои орды, собранные в кулак, сюда, то мы будет только «очень за…»! и ходить далеко нам не надо, и пехота давно мечтает прошерстить этот подозрительно тихий городишко…

К концу июля цель для «бешеной бригады» определилась – мы опять идем в знакомые места местность в тридцати километрах южнее Гудермеса, линия Курчалой – Майртуп – Аллерой и еще южнее опять Хиди-Хутор – Ялхой-Мохк. На сей раз бригада выставляет сразу две войсковые маневренные группы. Вторая группа будет чистить от нечисти местность от Ножай-Юрта до Центороя и Белгатоя, то есть будет работать в горах.

Три дня ушло на получение боеприпасов и сухпайков, обкатку и подгонку всего и вся, и в самом конце июля два отряда двинулись в путь…

…На этот раз выход получился более удачный, хотя по началу все шло так же, как и везде. Переночевав у Майртупа на базе 276-го мотострелкового полка, бригада двинулась в Хиди-Хутор окружным путем. Как показал мартовский опыт идти напрямую через лес на Хиди-Хутор пятнадцатикилометровым маршрутом – задача нудная и чревата самыми неприятными последствиями. Поэтому пошли дорогой через Джигурты, Ахкинчу-Борзой и Бельты на Региту, а уже оттуда спустились в Хиди-Хутор. «Чехи» ждали нас на старой дороге, и поэтому предпринять ничего не успели. Идущие за бригадой внутренние войска в очередной раз установили в Хиди-Хуторе советскую власть.

Когда разведка прочесывала лес был пойман, наконец-то, кое-что знающий и в меру разговорчивый чечен. Он то и поведал Гюрзе, что в эту августовскую ночь боевики из Аллероя будут стягиваться в Гудермес. Про других он толком ничего не знал, но и этой информации было достаточно. Как именно «чехи» пойдут в Гудермес, оставалось только гадать и поэтому Гюрза решил выставлять засаду сразу в двух местах.

Правильно предположив, что боевики не пойдут по главным трассам, а будут двигаться тропками и второстепенными дорогами, одну засаду он выставил у речки Мичик, а сам засел во второй засаде у речки Гулк. И в ночь на третье августа улов был замечателен. Взяли довольно-таки продвинутого чеченского радиста, который не стал испытывать судьбу и играть в « Зою Космодемьянскую на допросе у немцев», а почти сразу (после двух ударов по печени) в виде жеста доброй воли, выложил карты с основными и запасными позывными всех (!!!) чеченских главарей, а так же с основными и запасными радиочастотами, на которых они работают. С этого момента мы могли прослушивать любые разговоры «чехов» и при этом знать, кто с кем разговаривает (благо компания у боевиков была разношерстная и многонациональная и разговаривать им приходилось на русском языке, очень редко переходя на чеченский).

Во второй засаде удалось расстрелять двигающуюся в ночи «Ниву» и выдернуть из нее двух тепленьких боевиков, которые оказались телохранителями из близкого окружения местного главаря бандформирования. С этим пришлось повозиться, но после психологического подхода, когда из двоих по повадкам вычислили одного более смелого и крутого и расстреляли его на глазах второго, менее крутого и более трусливого, при этом пообещав, что его-то мы не расстреливать не станем, а просто отдадим на съедение Дрюсику, который стоял рядом и улыбался хищной и жуткой улыбкой, чеченец, наконец-то, разродился и дал информацию на своего командира – когда и какой дорогой, а главное, на какой машине он направится в Гудермес…

Днем того же третьего августа Гюрза вместе с двадцатью отобранными из разведроты и взвода управления начальника разведки бойцами-разведчиками - дипломированными головорезами, сидел в засаде над дорогой, которая одним концом уходила в Новогрозненский, а другим, петляя, выходила на трассу М-29 где-то между Новогрозненским и Гудермесом и с тоскливой злостью наблюдал, как мимо засады по дороге, в сопровождении БМП, проезжают четыре «Урала», набитых боевиками. Сделать в этой ситуации было мало что реально, оставалось только сидеть и смотреть.