Я верю в то, что те из нас, кто смог сформировать большое число таких когнитивных моделей, каждая из которых вобрала в себя квинтэссенцию большого числа релевантных событий, приобрели «мудрость» или, по крайней мере, ее некоторую ключевую составляющую. (В то время как я пишу эти строки, я слышу негодующее завывание критиков из разных областей науки, гуманитарных наук и социального активизма, обвиняющих меня в скандально вопиющем упрощении, так что я удваиваю ставки.)
По самой природе вовлеченных нейронных процессов «мудрость» (по крайней мере, в моем, надо сказать, узком ее определении) платит дивиденды в старости, позволяя относительно легкое принятие решений, требующих только скромные нервные ресурсы. То есть скромные, пока модели сохранены как нейронные объекты. До некоторого момента мудрость и присущие ей родственные качества, компетенция и опыт, могут быть непроницаемы для нейроэрозии. Это будет основными темами данной книги.
Но прежде чем мы начнем изучать мозговые механизмы когнитивных приобретений в старении, нам необходимо сделать несколько предварительных замечаний. Нам необходимо рассмотреть природу мудрости как психологического и социального явления. Нам необходимо установить, чтобы доказать себе, действительно ли так, что сильный ум может упорно добиваться и в некоторый момент достигать цели и побеждать, даже несмотря на нейроэрозию. Это будет гуманистической основой книги и ее отправной точкой, из которой следуют путешествие в тайны неврального механизма мудрости, компетенции и опыта и когнитивных приобретений в старении.
Утро в жизни вашего мозга
Прежде чем мы начнем изучать эти интригующие вопросы, в качестве введения рассмотрим наш собственный мозг. Как это великолепное биологическое оборудование работает и как вы используете его в вашей ежедневной деятельности? Давайте начнем сначала, так сказать, и рассмотрим утро в жизни вашего мозга.
Только что прозвучал сигнал тревоги, яростно атакуя ваш ствол головного мозга, ваш таламус и вашу слуховую зону коры головного мозга. Звук пробудил вас от глубокого сна, который означает, что слуховой сигнал так или иначе активизировал особую часть мозгового ствола, ретикулярную субстанцию, отвечающую за общее пробуждение. Если бы это был звук другого рода – лай собаки, сирена пожарной машины, падение дождевых капель, вы бы вздохнули с раздражением и заснули бы снова. Но с неохотой вы открываете глаза.
Ваша слуховая зона коры с помощью некоего таламического ядра узнала звук по его источнику: это будильник. И ваши лобные доли головного мозга, супер-эго мозга, говорят вам, что это важно и вы должны вставать.
Вы встаете с постели и смотрите в окно. Вы едва проснулись, но ваша зрительная зона уже продолжает работать, позволяя вам оценить за окном красивое утро. Не принимайте это на веру. Когда зрительная зона коры головного мозга повреждена, развивается корковая слепота, даже если глаза продолжают работать превосходно. Пациент, страдающий корковой слепотой (в результате удара или механического повреждения мозга), сможет увидеть градацию яркости, даже сможет сказать, что что-то движется в окружающей среде, но не сможет идентифицировать предметы. В некоторых случаях, когда повреждение зрительной зоны коры головного мозга особенно обширное, пациент даже теряет способность понимать, что его зрение потеряно. Это состояние известно под названием синдрома Антона.