Парадокс мудрости. Научное опровержение «старческого слабоумия». Революционный взгляд на мышление человека

Но энергичная жизнь ума не должна останавливаться в какой-то момент. Она может и должна продолжаться в пожилом возрасте. Чем дольше она будет продолжаться, тем дольше будет даровать награды, стимулируя различные процессы роста в мозге и тем самым защищая его от эффектов разрушения. Концепция умственной гимнастики в течение всей жизни, с лучшими шансами для поддержания здорового ума для жизни как ее вознаграждение, должна стать частью популярной культуры. Я верю, что это скоро произойдет.

Образ мудреца является одним из наиболее чтимых в любой культуре. После долгой одержимости молодостью старение почитается, и им восхищаются снова даже в нашей нетерпеливой, самодовольной культуре. Учитывая массовые демографические тенденции, лучше, чтобы это было так! Человек не рождается мудрым – но становится, это награда за долгое путешествие. Путешествие, о котором я говорю, – это путешествие ума. Это восхождение к мудрости. Старение – это цена мудрости, но мудрость сама по себе бесценна. К тем, к кому она приходит, она приходит как золотой век ума.

Что касается меня, я, может быть, решу сделать еще одну магнитно-резонансную томографию через несколько лет. Желудочки моего головного мозга, может быть, немного больше, и мои бороздки могут начать сдавать. Может обнаружиться другая крошечная область гипернапряженности. Но я приму все это спокойно и с чувством юмора. Моя голова полна аттракторов, и, к счастью, я буду правильно использовать свои умственные автопилоты. И, настраивая свой ум на новые умственные задачи, чтобы продолжать производить большое количество этих новых нейронов в моем стареющем мозге и помочь защитить его от безнадежности и искупления, я написал эту книгу. Если повезет, будут и другие.

   ​ Благодарности

Есть несколько людей, которые помогли мне написать книгу. Мишель Тесслер (Michelle Tessler), моему агенту в Carlisle and Company, моя глубочайшая благодарность за размещение моего предложения в заботливых руках Gotham Books. Я не мог бы рассчитывать на лучшего издателя. Благодарю моего замечательного издателя в Gotham, Брендан Сахил (Brendan Cahill), и его ассистента Патрик Малиган (Patrick Mulligan), которые направляли меня от начала проекта до его завершения чутким, терпеливым и конструктивным образом. Я благодарен Дмитрию Бугакову (Dmitri Bougakov) за его всестороннюю помощь по различным техническим аспектам подготовки книги и его основные комментарии по рукописи. Peter Lang был моей правой рукой в программе когнитивного оздоровления, описанной в книге. Richard Gallini содействовал в подготовке иллюстраций книги. Fiona Stevens, Kate Edgar, Sergey Knazev, Lalita Krishnamurthy и Brendan Connors предоставляли ценные советы и поддержку на различных стадиях проекта. Я благодарен моим пациентам и участникам программы когнитивного оздоровления за возможность работать с ними и тем самым приобретать понимание и опыт, которые послужили основой книги, и возможность рассказать их истории и цитировать их слова. Я благодарен отцу Стива за разрешение написать о его сыне. Мои студенты послужили невольной аудиторией, перед которой я репетировал отрывки книги, замаскированные в виде лекций. Я благодарен им за их снисходительность.

В заключение я благодарю свою собаку Брит, самую неправдоподобную музу. Мальчиком я жил в балтийском городе Риге, и в нашей семье было две собаки, что поспособствовало моей привязанности к семейству псовых на всю жизнь. Мой отец был невольным постояльцем сталинского «отеля» под названием «ГУЛАГ». Моя мать была уволена с должности школьного учителя и стала разнорабочей на заводе, где она ожесточенно отрабатывала долгие смены чтобы содержать семью. Я жил в коммунальной квартире, и собаки были со мной все время. К трехлетнему возрасту я стал относиться к ним как к близким друзьям. Став взрослым, я всегда хотел иметь собаку, но был слишком занят, слишком дорожил своей свободой, своим слишком странствующим образом жизни. В конечном счете, может быть как часть встряски среднего возраста, которая толкнула меня на написание этой книги, я решил взять собаку. За это время Брит из щенка-бульмастифа превратился в величественное, напоминающее льва животное устрашающего роста, но с доброй душой, благородным нравом и высшим собачьим интеллектом, моего друга и компаньона.