Парни & секс. Молодые люди о любви, беспорядочных связях и современной мужественности

«Уморительно» — еще одно слово, которое под предлогом баловства или сплочения группы учит мальчиков игнорировать чужие чувства и свои собственные. «Уморительно» — безопасная зона, дежурное оправдание всему, что неуместно, непонятно, расстраивает, угнетает, раздражает или ужасает; всему, что откровенно сексуально и при этом унижает человеческое достоинство; всему, что противоречит их этическим нормам; всему, что вызывает эмоции, которые нужно скрывать за надежной стеной. Слово «уморительно» позволяет дистанцироваться, заменяя собой более сострадательную реакцию, которую другие сочли бы слабостью, чрезмерной чувствительностью или другим проявлением немужественного поведения. «Уморительно» особенно тревожит как защитный механизм сторонних наблюдателей: если изнасилование «уморительно», им не нужно принимать его всерьез, не нужно вмешиваться — ведь никакой проблемы нет.

Слово «уморительно» делает сексизм и презрение к женщинам проявлением бунтарства, направленным против векового статус кво. Оно отражает конфликт между сердцем и разумом мальчиков, заглушая совесть. Парни прекрасно понимают, что поступают плохо. Они даже осознают, что истинное мужество — или хотя бы минимальные правила приличия — призывает их не сидеть молча, а высказаться. В то же время они боятся, что, осуждая слова и действия других, станут изгоями или, хуже того, над ними начнут глумиться другие ребята. Итак, мужественность — не только то, что мальчики говорят, но и то, что они делают — или не делают, или не могут сделать, даже если хотят. Это мешает им взглянуть на ситуацию с точки зрения женщины, ожесточает сердце, не пуская туда сострадание. Психолог Майкл Томпсон подчеркивает, что бездействие перед лицом жестокости и сексизма считается тем, что делает мальчиков «мужчинами»[32]

. Черис Денисон, защитник по делам детей и молодежи, а также сексолог из Бэй-Эриа, говорит так: «Рано или поздно каждый молодой человек получит приглашение в ЧЛЕНскую школу. Вопрос в том, что он решит — бросить обучение, закончить его или даже получить степень?»

Звук тишины

Коул и его девушка, как большинство пар в старшей школе, расстались в конце выпускного класса. Они разъезжались по колледжам, расположенным далеко друг от друга, но это было не единственной причиной. Девушка считала, что ею «пользуются», что она нужна Коулу только для того, чтобы заниматься сексом. «Это не так, — сказал он мне, затем осекся и начал снова: — Ни один парень не старается намеренно пользоваться девушкой. Но я не стану отрицать, что это могло выглядеть именно так. Я иногда говорил ей, что не могу с ней встретиться, потому что у меня утренняя тренировка или мне надо делать домашку в обед, потому что всю ночь накануне я смотрел видео на YouTube, вместо того чтобы заниматься. Получается, что эти видео на YouTube были для меня важнее, чем она.

Когда мы расстались, она сказала: “Ты замечательный человек, Коул, но ты думаешь только о себе”. Наверное, она имела в виду, что я не из тех, кто хочет причинить другим боль, но я недостаточно люблю людей, чтобы жертвовать чем-то ради них. И она совершенно права. А еще она говорила про моего отца… Ему важно всегда быть “хорошим парнем”. И он действительно хороший парень — когда ему ничего не надо для этого делать, когда это легко. Особенно хорошо ему удаются широкие жесты. И я тоже такой. А еще… — Коул задумался и тяжело вздохнул. — Он не был хорошим парнем с моей мамой. И надеюсь, когда я женюсь, буду больше походить на нее, а не на него».

Эта беседа между ними стала самой эмоционально откровенной из всех их разговоров, хотя в основном высказывался не Коул, а его девушка. «Последний раз, когда я говорил что-то эмоциональное кому-то… даже не знаю, — сказал Коул. — Наверное, это было с ней. Хотя нет, на самом деле, это было в прошлый раз, когда я говорил с вами».

Мы с Коулом общаемся на FaceTime. Он был на первом курсе в колледже, и я периодически узнавала, как он справляется с конфликтом между своими личными ценностями и культурой, в которой он оказался. На его курсе, как он и ожидал, преобладали парни, и между ними были приняты дружеские насмешки: они давали друг другу подзатыльники; мешали друг другу пройти, потом притворялись, что затевают драку; хватали друг друга за задницу; притворялись, что хотят поцеловаться. Устраивать кому-то сладкую жизнь, как говорит Коул, просто и весело, но это может довольно быстро превратиться в нечто гораздо более тревожное. Когда один из его соседей по общежитию сказал другому: «Я написаю на тебя, когда ты спишь», тот парень тут же пригрозил: «Попробуй, и я тебя отымею, мать твою». Хорошо это или плохо, сказал Коул, но подобные угрозы уже не удивляют его.