Парни & секс. Молодые люди о любви, беспорядочных связях и современной мужественности

Реза, второкурсник из Бостонского колледжа, считает, что порнография открыла ему глаза на физические несовершенства настоящих женщин. «Меня заводит конкретный тип фигуры и тела, — говорит он. — Для меня важна каждая мелочь, вплоть до размера и цвета соска. Думаю, не все зависит от порнографии, но именно она помогла мне понять, что мне нравится, иначе этого бы не случилось. Это не портит мои отношения, но мне неприятно, когда я пытаюсь убедить свою девушку, что она прекрасна, а сам думаю: “На самом деле я бы предпочел…”». А Кевин, одиннадцатиклассник из Кентукки, сказал, что привык мастурбировать, «глядя на стройных белых женщин» (сам он тоже белый), ему тяжело возбудиться рядом с его девушкой-афроамериканкой, которая не соответствует ни одному из этих критериев. «Я до сих пор смотрю порно минимум пять раз в неделю, — признался он. — Это так просто, а я активный тинейджер. Но иногда я задумываюсь, не портит ли порнография мои сексуальные отношения, и это неприятная мысль».

Некоторые парни больше переживают из-за того, как выглядят они сами, а не их партнерши. Особенное беспокойство (что не удивительно) у них вызывает размер пениса. Подобная тревога всегда существовала в той или иной степени, но порнография усугубила проблему. «Все смотрят порно, а потом переживают из-за размера своего члена, — признался второкурсник колледжа из Чикаго. — Ужас какой-то. В раздевалке приходится отворачиваться и прятаться, невозможно переодеться перед другими парнями». Некоторые стали брить область гениталий: как и для девушек, порнография ввела новые требования к удалению волос, хотя и по другим причинам. Девушки в целом отмечали гигиенические соображения (хоть и ошибочные), а также страх унижения со стороны партнеров; а парням важно, чтобы пенис выглядел больше. Результат далеко не всегда отвечает ожиданиям. «Никто не предупредил меня, что я буду выглядеть как младенец, — сказал один старшеклассник. — Я посмотрел на себя — такое ощущение, что я еще не достиг пубертата!»

Несколько парней были так озабочены размером своего пениса, что вообще избегали секса. «У меня была девушка в десятом классе, — сказал Митчелл из Лос-Анджелеса, — и, когда наши отношения стали переходить на более интимный уровень, я жутко нервничал из-за эрекции и длины члена. Во время нашего первого секса вообще не смог возбудиться, потому что думал только об этом. А когда видишь, что у тебя не получается, пиши пропало. Это конец». Целый год Митчелл отказывался от предложения своей девушки заняться оральным сексом: он боялся, что, увидев его пенис, она будет разочарована. «А она удивлялась: “Какой парень откажется от такого удовольствия?” — вспоминает он. — Было неприятно». Со временем (и немного возмужав) он преодолел свои сомнения. Оглядываясь назад, он говорит: «Сравнивать себя с порно было просто смешно. Но, знаете, понять это тоже можно».

Как каждый парень, с которым я беседовала, Митчелл утверждал, что прекрасно понимает: порнография, конечно же, не имеет отношения к реальной жизни. Но эта грань между фактом и вымыслом не так очевидна; в конце концов, порнография

хоть что-то показывает, да и какой другой источник информации есть у молодых людей? «Если ты подросток, и у тебя мало сексуального опыта, и лет шесть-семь ты смотришь порно или HBO в два ночи, у тебя появляется настоящий страх

, — поделился со мной второкурсник колледжа из Северной Каролины. — Страх, что ты не сможешь соответствовать таким стандартам — хотя, конечно, никто на это не способен. Но самый большой контраст — ожидаемая реакция партнерши. Ты думаешь, она будет стонать и испытывать оргазм по сто раз. На самом деле все не так».

Для небольшой, но показательной группы ребят, с которыми я беседовала, — в нее, кстати, вошел Мейсон, парень с телефоном-раскладушкой, — просмотр порнографии стал компульсивным занятием, которое, как они считали, нанесло им серьезный вред. Некоторые глубоко окунулись в мир фетиш-видео, выискивая ролики, в которых мужчины поедали женщин ради сексуального удовлетворения (и речь не об оральном сексе, а о каннибализме), и наоборот. Некоторые, хоть на какое-то время, присоединились к движению «не фапать» («фапать» значит мастурбировать), став «фапстронавтами», которые полностью отказывались от самоудовлетворения, чтобы «переучить» мозг. Не могу сказать, была ли порнография основной причиной или все дело в конкретных чертах личности. Однако важно другое: эти парни считали, что порнография причинила им такой ущерб, о котором никто из взрослых никогда с ними не говорил — да и они сами никогда не обсуждали это со взрослыми.

Новое сексуальное воспитание