Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран

Амиина оказалась очень обаятельной, застенчивой, милой и вежливой. Ее английский ограничивался фразой «Thank you very much», но на следующий год она начинала изучать английский в школе. Она хотела стать врачом, которые определенно востребованы в Уганде. Я узнал о ней и стал поддерживать ее через Childfund International. После встречи с ней я решил поддерживать ее до совершеннолетия, чтобы дать ей шанс поступить в колледж вместо того, чтобы прекратить обучение в школе ради добычи древесного угля или упаковки товаров.

Я встретился с ее родителями, они поставили в рамку мою фотографию, которую я отправил им, и подарили мне плетеный коврик и соломенную шляпу и небольшую сумку из лубяной ткани – что смутило меня, поскольку я не хотел, чтобы эти бедные люди тратили деньги мне на подарки. Я также встретился с ее тетей и младшим братом и собрал всю семью и троих работников НПО, чтобы пообедать в Бувенге в закусочной с неоднозначным названием Hunger Clinic. Мы ели обычные безвкусные крахмальные блюда Уганды из вареного картофеля, белого риса, кучи бананов, курицы, какого-то загадочного костлявого мяса, капусты и апельсиновой «Фанты». Это был первый обед Амиины в ресторане, и ей понравилось.

Я купил девчонке здорового козла, которого она назвала Китабо («дар»). Цена была аж 42 доллара из-за периода праздников. Я также вручил ей банку с 500 капсулами Vitamin Power, которая была у меня с собой, и купил ей в Джиндже новое красивое платье и рукодельное ожерелье, во втором по величине городе в Уганде. Я дал ее отцу несколько пачек сигарет Camel, произведенных в Германии. Затем мы поехали к источнику Виктория-Нила, где река вытекает из озера Виктория, проходит по всей Уганде и впадает в Белый Нил. Амиина никогда раньше не видела Нил – никогда раньше не видела ни одной реки, если быть точным, – и она просто стояла там полчаса, широко раскрыв глаза и рот.

Я был огорчен тем, что не могу показать ей водопад Буджагали. Мы поехали туда после обеда – 13 километров от города, – но его больше не существовало. Уганда завершила строительство плотины электростанции мощностью в 750 мегаватт на Виктория-Нил за два месяца до того, как мы туда приехали, и когда-то пугающие пороги теперь были безмятежным озером.

Мне нравилось играть в отца один день, но, возможно, это вся забота о детях, на которую я способен.

Меня впечатлило то, как ChildFund распределяет пожертвования от 3000 благотворителей, поддерживающих детей в регионе Амиины. Вместо использования денег для постройки школ, как это делается подобными фондами в Эфиопии, они посылают подопечных детей в государственные школы, используя средства для развития местной инфраструктуры. Гуманитарные работники показали мне глубокий колодец с насосом, который пробурил ChildFund, что помогало сельскому населению не тратить долгие часы на путь до ближайшего источника чистой воды. Они также показали мне проект свинофермы, в котором женщин обучали уходу, разведению и продаже свиней, и профессиональный учебный центр, в котором плохо образованные юноши и девушки могли научиться искусству портных, сапожников и косметологов и таким образом зарабатывать себе на жизнь.

На обратном пути в Кампалу я начал беспокоиться о том, какое будущее сложится у Амиины. Несмотря на то что Уганда более стабильна и богата, чем большинство стран Африки, экономические возможности в этой стране все равно ограничены. Девушки в Уганде традиционно рано выходят замуж, а мужчины известны своей неразборчивостью в связях. Более миллиона человек в Уганде заражены СПИДом, более 1,2 миллиона детей в стране являются сиротами, хотя недавняя инициатива по просвещению населения снизила уровень заболеваемости. Как я могу помочь Амиине избежать такой судьбы, когда я живу на расстоянии почти 13 000 километров от нее? Поможет ли ей образование, полученное в школе, сдать вступительные экзамены в колледж? Сможет ли она стать доктором? Или медсестрой? Буду ли я жив к тому моменту, чтобы узнать это? Волнуются ли остальные отцы и матери о своих детях? Вот что значит быть родителем?

* * *

Когда я собираюсь в такие путешествия, я стараюсь исключить все, чем точно не буду пользоваться, кроме антибиотиков и перцового баллончика. С собой я беру все необходимое, кроме еды, воды и моющих средств, так что мне никогда не приходится искать нужные вещи во время путешествия. Это своего рода игра для меня, увлекательный вызов заранее продумать, сколько таблеток для очистки воды или пакетиков чая со льдом я буду употреблять на протяжении путешествия. Единственным исключением для этой поездки стали книги: я знал, что мне понадобится больше тех четырех, с которыми я начал путешествие, но мне не хотелось паковать 4,5 килограмма литературы, так что я подождал до англоговорящей Кампалы, чтобы пополнить запасы.