Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран

После того как Колумб проплыл мимо берегов Кубы в 1492 году, он воскликнул: «Это самая прекрасная земля, которую мне доводилось видеть!» Но не будем забывать, что Христофор видел очень мало тропических островов в дни, когда Земля еще была плоской, и после него 11 миллионов голодных переселенцев вырубили леса под плантации. Та часть Кубы, которую я пересек, была по большей части равниной с небольшими холмами и уступами, симпатичными речками и тремя далекими горными цепями, некоторые из которых поднимались на высоту в 1,5 километра. Я посетил красивую долину и впечатляющую пещеру на северо-западе. Джунгли уже исчезли, хотя Куба и хвалилась 80 видами пальм, которые выглядели как телефонные столбы, к которым сверху приклеили зеленый шиньон из нескольких листьев, а их плоды годились только на корм свиньям – главному источнику мяса на острове.

В старых колониальных городах центральная площадь, Плаца Майор, почти всегда была в целости и сохранности, но остальные районы выглядели так, словно их не ремонтировали лет сто.

Большая часть земли была отдана либо под выращивание табака, либо под сахарный тростник, но спрос на обе культуры сильно упал. Куба потеряла первенство в продаже сигар, когда старые мастера уплыли во Флориду, а бессменная сахарная культура, на которой два столетия основывалась местная экономика, пришла в упадок. После триумфа революции Кастро в 1959 году экономика смогла и дальше удерживаться лишь на сахаре, так как Советский Союз в знак социалистической солидарности согласился закупать все, что могла вырастить Куба, по более высоким ценам по сравнению с мировым рынком, а также обменивать на масло по заниженным ценам. После падения Берлинской стены в 1990 году Михаил Горбачев расторг контракт, что привело к закрытию примерно 100 из 150 сахарных мельниц Кубы и запустению многих полей сахарного тростника.

Финансовая дыра была в какой-то степени заполнена добычей никеля и туризмом, но главным экспортным товаром были доктора, 40 тысяч из которых работали по всей территории Южной и Центральной Америки и оплата труда которых шла в кубинскую казну.

В этом коммунистическом обществе все трудились на благо государства. Все предприятия, которые я посетил – банки, заводы, турагентства, фермы, магазины, прачечные, издательства, отели, рестораны и сувенирные магазины, – находились во владении государства. Здесь не допускалось владение крупной частной собственностью, хотя тем, кто обладал землей до революции, и было разрешено оставить себе 80 гектаров, а владельцы восхитительных «Бьюиков» и «Олдсмобилей» могли оставить их в наследство своим внукам. Но кубинцам запрещалось продавать свои машины или земли, так как Кастро не терпел частной собственности, кроме той, что использовалась в индивидуальном порядке.

Хотя каждый работал на государство, система была намного менее строгой, чем та, которая была установлена в Китае с 1960-х по 1980-е годы, когда государство определяло, какую карьеру выберет, где будет работать и жить каждый ребенок. Как только все было решено, покорный китайский гражданин не мог ничего изменить до конца своей жизни или до того, как к власти после смерти Мао не пришло более лояльное правительство. Мне показалось, что кубинский вариант коммунизма функционировал лучше, чем советский. Рабочие, официанты и продавщицы в лавочках, которые встречались мне на пути, искренне пытались мне помочь и дать дельный совет, хотя ничего с этого не получали. В старом СССР большинство людей с теми же профессиями забавлялись тем, что игнорировали своих клиентов или относились к ним просто по-хамски.

Главная экономическая проблема кубинской системы состояла в том, что государство не платило рабочим достаточно денег, чтобы они могли жить комфортно, хотя никто не мучился от голода и у всех детей было право на школьное образование, бесплатную медицинскую и социальную помощь. Стандартная зарплата на многих должностях составляла 12 долларов в месяц, более опытные работники, занимавшие административные должности, могли получать до 24 долларов. Низкая оплата труда была самой главной проблемой кубинцев, с которыми мне удалось побеседовать. Они не имели ничего против правления братьев Кастро или невозможности провести настоящие выборы и провести демонстрацию около администрации города, но им не нравилось жить в раю трудящихся за 40 центов в день. Каждый хотел заработать больше даже при всеобщем равенстве.

Пока я находился на Кубе, правительство только-только начало прислушиваться к гражданам и делать первые послабления. В феврале 2008 года, спустя полных 50 лет правления после революции, Фидель Кастро подал в отставку и к власти пришел его брат Рауль, неся народу надежду на либерализацию, которая, как я смог удостовериться год спустя, медленно охватывала страну.