Паства

– Фрэнк был уже порядком взвинчен и… пошел в сарай, принес от туда ружье и застрелил пса прямо на глазах у Дэнни…

– Что дальше? – Амброз начинал терять терпение.

– Дэнни убежал в свою комнату, а я принялась кричать на Фрэнка. Господи Боже, он чуть меня не застрелил, Амброз…

Пастор резко поднялся с кровати и отвесил женщине пощечину. Не сильно, но достаточно, чтобы привести ее в чувство.

– ЧТО С ДЭННИ?! – прокричал он ей в лицо.

– Он убежал к себе в комнату, а когда я зашла к нему утром, то увидела, что его нету, а окно открыто, – Сьюзен хлопала глазами. – Его до сих пор нет, прошлая ночь была очень темной, ни звезд, ни луны, я беспокоюсь за него.

– ТУПАЯ СУКА! – Амброз вновь отвесил ей пощечину. – Почему ты сразу не сказала?! Вставай, собирай людей, зови шерифа!

«Веревка, фонарик, бинокль… брать или нет, а черт – пригодится»

Амброз метался по комнате, собирая все необходимое для поисков, но заметив, что женщина продолжает сидеть с осоловелым видом, сам поднял ее и потащил на улицу.

– Беги по домом, говори всем, что Дэнни пропал. Общий сбор через десять минут у церкви. Ты берешь восточную часть, я западную. Где Фрэнк?

– Ушел на работу еще затемно.

«Ублюдок, все вы ублюдки, не люди…» – подумал пастор, подбегая к двери дома рядом с церковью.

***

Амброз обхватил голову руками. Рыжая глина и серый песок оставляли следы на коже, превращая лицо в уродливую маску. Он надавил, потом еще сильнее и еще, пока ему не начало казаться, что череп сейчас лопнет.

«Не худший вариант»

Все жители Лима вышли на поиски Дэнни, но даже так его удалось обнаружить лишь к вечеру, и то случайно. Местный шериф – сосед недавно почившего мистера Филча обнаружил следы, едва различимые в сухой, потрескавшейся земле. Цепочка отпечатков вела к краю карьера недалеко от заброшенной шахты, обрываясь у свежей осыпи. Песчаный край пресловутого оврага не выдержал веса двенадцатилетнего мальчика, рухнув прямо под ним. Тяжелые комья глины и земли практически мгновенно заживо похоронили его под собой, и Дэнни задохнулся в тесноте и темноте.

Лопат ни у кого не было, Амброз принялся руками раскапать осыпающийся песок. Он остервенело загребал руками землю, не замечая, как ломаются ногти, а острые камни ранят пальцы. Спустя пару минут из под грязно-желтой почвы показалось лицо. Полузакрытые глаза мальчика были засыпаны песком, а рот, открытый в беззвучном крике, забит грязью.

Похоже, после гибели своего друга Дэнни пошел гулять, как делал это уже много раз во время ссор своих родителей. Из-за необычно темной ночи он не заметил, как забрел к оврагу, остановившись у самого края. Именно в этот момент баланс природы нарушился и склон рухнул. Какое безумное стечение обстоятельств, настоящий рок, неумолимый и беспристрастный. Ему не важно кого карать будь-то старик, доживающий свои последне дни или маленький мальчик, которому только предстоит познать все прелести и невзгоды жизни.

Когда тело Дэнни извлекли из песчаной усыпальницы, внимание Амброза привлек предмет, зажатый в покрытых землей пальцах. Убрав комья грязи, стало понятно, что это было примитивное деревянное распятие. То самое распятие, которое пастор вырезал собственными руками несколько дней тому назад и после передал Дэнни. Похоже, во время трагедии он гулял, снимая в своих руках крест, а после уже не мог его выпустить так, как земляной плен сковал его члены. И сейчас это облепленное рыжей глиной распятие лежало прямо перед Амброзом, насмехаясь над тем, кем он был.

Магнер не понял каким образом сумел провалиться в сон. Память, как обычно, не сохранила последние минуты бодрствования, но сны, преследовавшие его тогда, он запомнил во всех подробностях.

Фрэнк Гривз сидел на своем темно-зеленом кресле в гостиной дома и смотрел на огонь в железной печи перед ним. Амброз не знал, где он точно находится, его взгляд блуждал по сновидению, выхватывая отдельные образы. В неподвижных глазах Фрэнка отражалось пламя, а губы произносили слова, словно над самым ухом пастора.

– Кукла на веревочке, пляшешь за кафедрой на проповедях, словно безвольный манекен, исполняя волю воображаемых существ… Твои слова подобны возгласам чертика из табакерки – такие же пустые, но сказанные в нужное время…

– Нет! Я пытаюсь помочь! – выкрикнул Амброз, вернее попытался выкрикнуть, но в кошмарах мы немы и беспомощны.

– Помочь, помочь… Ты же сам понимаешь, что это бессмысленно, пустые обещания порождают пустые надежды… – губы Фрэнка продолжали шептать, но пламя теперь исходило из самих черных зрачков глаз. – Ты несешь гибель всем, кто доверился тебе… я сам позабочусь о своей семье… они всегда будут со мной…

Тьма скрыла гостиную и перед взором пастора всплыло лицо, обрамленное грязно-рыжей бородой.

Генри лежал ничком на полу, из его рта стекала белая пена, скрюченная рука конвульсивно сжимала бутылку с виски. Внезапно он начал медленно поворачивать голову в сторону Амброза. Шейные позвонки трещали и ломались, но он не замечал этого. Когда хруст стих, его лицо оказалось прямо перед лицом Магнера. Он заговорил хрипло и неразборчиво, душа пастора смрадным дыханием.