Пехота Сталина в «Зимней войне». Обойти «Линию Маннергейма»

Выше отмечалось, что финская армия заранее провела мобилизацию. И пока Красная армия продвигалась к границам, восстанавливая дороги, финны проводили обучение и сколачивание подразделений. Следует отметить, что финны ввели всеобщую воинскую повинность в 1918, СССР же только в 1939 году. Около 500 тыс. человек прошло подготовку в вооруженных силах с 1918 по 1939 г. Отслужившие срочную службу зачислялись в запас и периодически проходили 25-40-дневные сборы. Так, за 1934–1935 год было охвачено сборами 200 тысяч человек. Кроме того, пограничные части Финляндии формировали при мобилизации несколько батальонов. Следует отметить, что финская армия имела территориальную организацию, т. е. была знакома с условиями и местностью, в которой придется воевать.

Офицеры имели хорошую подготовку. Интересный факт, что в своей дипломной работе, выполненной в Военной академии в 1926 г., Талвела изучал возможности ведения наступательных действий в северном Приладожье. Паяри, окончивший Военную академию в первом выпуске, как и Талвела, в своей дипломной работе изучал наступательные возможности советских войск в этом районе [3, с. 94].

Резервом армии был шюцкор– военизированная организация на добровольных началах. Добровольцы закупали за свой счет винтовки, значительное распространение получил стрелковый спорт и соревнования. Это была не пальба в тире или на стрельбище, а стрелковые состязания на бегу или лыжах с вольной дистанции с учетом времени. Запрещалось использование сошек, упоров, оптики, мишени имели ограниченный размер. Стрелковая подготовка финнов была очень высока, 66 % ранений красноармейцев 8-й армии были пулевыми [9, с. 539].

Резервисты и члены шюцкора кроме индивидуальной подготовки проходили и тактическую в составе подразделений. Как отмечалось в докладе начальника штаба Ленинградского военного округа наркому обороны от 10 ноября 1939 года: «боевая подготовка финской армии в звене рота, батальон, полк отвечает современным требованиям. В действиях крупными соединениями (дивизия, корпус) не натренирована и практики достаточной не имеет» [10, с. 74].

Финны готовились к ведению боевых действий зимой. Первое наставление по ведению боевых действий в зимних условиях появляется в конце 1920-х годов. Согласно наставлению были разработаны отапливаемые палатки, для перевозки минометов и пулеметов использовались волокуши, полевые кухни устанавливались на сани. Все финские солдаты с детства умели ходить на лыжах.

Конечно, в финской армии были недостатки. Маннергейм вспоминал: «Материальная готовность к войне, как я уже говорил, была совершенно недостаточной, средства для борьбы с танками практически были ничтожны, мы располагали всего лишь несколькими батареями тяжелой и зенитной артиллерии… боевые средства авиации не достигали даже половины штатной численности, резервных самолетов не было вообще. Недостаток средств связи достигал 45-100 процентов, и те мелочи, которыми мы располагали, по большей части представляли собой устаревшую технику. Саперного оборудования не хватало, а запасы колючей проволоки мирного времени уже были израсходованы в течение октября-ноября. Потребность в противотанковых минах была кричащей. Что касается обмундирования и оборудования, то всего здесь было примерно 80 процентов от нормы, в связи с чем полевая армия на пункты своего сосредоточения прибывала большей частью в гражданской одежде, а потребность в палатках была удовлетворена лишь в самой малой степени» [7, с. 259–260].

К сожалению, на первом этапе Красная армия не смогла использовать свое материальное преимущество. Кроме условий театра военных действий этому препятствовало низкое качество боевой подготовки. Распространенной точкой зрения на причины низкого уровня боевой подготовки считаются репрессии 1937-38 гг. Так, авторы работы «Советско-финляндская война» отмечают, что «массовые аресты в частях и соединениях округа (Ленинградского) негативно повлияли на боевую учебу войск. Уже в 1938 г. резко снизились результаты по огневой подготовке бойцов, особенно в стрельбе из ручных и станковых пулеметов» [9, с. 44].

По этому поводу можно отметить, что в первой главе книги приводятся результаты инспекций 56-й стрелковой Московской дивизии. Из них видно, что боевая подготовка и до 1937-38 гг. была низкой. Приписной состав (резервисты) практически не обучался. Оценки дивизия получала «посредственно» или «удовлетворительно», то есть фактически «плохо».

Первые бои показали недостатки боевой подготовки. Директива Ставки Главного командования № 0418 от 12 декабря 1939 г. требовала вести разведку, решительно добиваться самого тесного взаимодействия между родами войск, правильно и полностью использовать штабы, четко планировать бой и т. д [10, с. 182–183].