Переписать сценарий

— Вы не оригинальны, капитан, — вздохнул Сценарист, — ещё Иисус Христос безуспешно гонял менял из храма. Идея, же, полностью зачистить мир от финансистов впервые пришла в голову Филиппу Четвёртому, в результате чего главный кредитор средневековья — «Орден Тамплиеров», был вырезан. Сами же, банкиры, никуда не исчезли, и появилась Венецианская республика, затем они перекочевали Голландию, оттуда в Лондон, и на ваших глазах в XX-м веке перебираются за океан. Вы пробовали когда-нибудь перестрелять саранчу, капитан? Весьма увлекательное занятие…

— И что же делать? Положение безвыходно?

— Даже если вас съели, у вас всё равно есть, как минимум, два выхода. Нужно, просто научиться выращивать такой урожай, который саранче не по зубам. И начнем мы, как всегда, с главного, о чем хотелось бы поговорить в присутствии еще одного гостя, на визит которого очень надеюсь. А сейчас, господа, перед неумолимо надвигающимся ужином, разрешите в качестве тоста — ещё одну цитату из эссе Евгения Гришковца:

«Тот, кто пьёт, молча, быстро и, с явным желанием как можно скорее просто опьянеть, что называется „нажирается“ — становится помехой за столом. Таких избегают. С такими стараются водку не пить. Потому что „нажраться“ водки — дело постыдное и некрасивое. Водку нельзя „жрать“, водку нужно „кушать“. Недаром, так аппетитно звучит старинная фраза: „откушать водочки“.

Именно „откушать“. Никакой другой крепкий напиток в мире, кроме водки, не вызывает после выпивания желания смачно и аппетитно крякнуть, и немедленно закусить выпитое».

* * *

Всё-таки, профессиональная деформация безжалостна, и неумолима. Поэтому, как только собеседники вернулись к вопросу предстоящего русско-японского конфликта, и разведчики ознакомились с работами Алексея Васильевича Шишова «Неизвестные страницы русско-японской войны. 1904-1905-х годов», и Анатолия Ивановича Уткина «Русско-японская война. В начале всех бед», стоило больших трудов уговорить разведчиков проявить хладнокровие, не пытаться немедленно доложить по команде о выявленной сети японских агентов, и сроках нападения на Порт-Артур.

— Вам не поверят, потому что писали, говорили, предупреждали, — многие, об этом историками написано много, с всевозможными подробностями, — увещевал офицеров Сценарист.

— Да, конечно, доложить надо. Но сразу предупреждаю — не поможет. А будете настаивать — ещё и накажут. О предстоящем нападении японцев предупреждали многие. Писал военный агент в Японии подполковник Владимир Константинович Самойлов, сообщали иностранные дипломаты, в частности французский военный атташе в Японии, подполковник Чарльз Пьер Рене Виктуар Корвизар, в частных разговорах с русскими офицерами делились иностранные моряки, — историки приводят около двадцати независимых источников. И никто, ни на что, не отреагировал.

— Это что, измена?! — стукнул кулаком по столу Потапов.

— Да, — пожал плечами сценарист, — а что Вас так удивляет? Вполне, в духе традиций русского боярства. Не впервой. Особенно, когда она сопровождается ростом личного благосостояния.

— Доказательства?

— Вы задали вопрос, Алексей Степанович, Вам на него и отвечать. Подумайте, кому из ваших коллег вы можете доверять. Придумайте операцию прикрытия, для которой вам лично или через доверенных людей, требуется обзавестись доверительными связями в парижском банке Моргана. И если получится — ознакомьтесь с личным счётом наместника императора России на Дальнем Востоке адмирала Алексеева. Поинтересуйтесь, каким образом там оказалось, или в ближайшее время окажутся, тридцать шесть миллионов франков, что эквивалентно двенадцати миллионам золотых рублей. Только ради Бога, делайте это осторожно, а узнав, не торопитесь бежать с докладом к вышестоящему начальству. Вы ещё нужны России, живым и здоровым.

— И это всё? — саркастически усмехнулся Потапов, всем своим видом демонстрируя, что залезть в амбарные книги банкиров — задачка уже из разряда нерешаемых.

— Ну почему же, — Сценарист замолчал, как будто сомневаясь, стоит ли озвучивать следующую просьбу. Затем глаза его потемнели, спрятавшись за бровями, и он произнёс, чётко выговаривая окончания, — меня очень интересуют дневники королевы Виктории, и её переписка с супругой Великого князя Сергея Александровича, которая касается двух эпизодов — организации свадьбы Николая Второго, и событий на Ходынке…

Глава 23

Ради справедливости я готов на многое из того, что можно сделать, не вставая с дивана