Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою

1-я ТА полностью выполнила основную задачу, поставленную командованием Воронежского фронта: не допустить прорыва противника на Обоянь. В тяжёлых и многодневных упорных боях, перемалывая технику, уничтожая живую силу, 1-я ТА остановила наступавшего противника и создала предпосылки для последующего контрнаступления советских войск на Белгородском направлении. Действия всего личного состава войск армии отличались высоким моральным мужеством, стойкостью и упорством в обороне, уверенностью в своих силах и неизбежности поражения немецких наступающих войск. Части, подразделения, каждый боец и командир дрались до полного израсходования боеприпасов, до последнего дыхания. Зафиксирован ряд случаев, когда отдельные бойцы, командиры и политработники перед лицом атакующих танков, не дрогнув, обвязывались связками гранат и бросались под гусеницы танка, вместе с собой взрывая вражескую машину. Не было ни одного случая, чтобы подразделения отходили без разрешения старшего командира.

Ожесточённое сопротивление 1-й ТА и постоянные контратаки по правому флангу ударной немецкой группировки не позволили противнику прорвать с ходу тыловой оборонительный рубеж в направлении на Прохоровку. Ставка потребовала остановить продвижение противника на рубеже р. Псёл. Командующий фронтом, с целью захвата инициативы в свои руки, принимает решение о нанесении по правому флангу вклинившейся группировки контрудара силами 4-х танковых корпусов. Хотя контрудар 8 июля успеха не имел, он серьёзно приостановил продвижение противника, и было выиграно время для усиления угрожаемого направления за счёт манёвра с неатакованных участков фронта и выдвижения резервов из глубины. И к 9 июля войска 1-й ТА, совместно с частями 6-й и 7-й гв. армий и 69-й армии в основном приостановили продвижение немцев на обоих направлениях. Противник понёс серьёзные потери и не смог отсечь Курскую дугу до подхода стратегических резервов Ставки.

Хорошо и без перебоев работали все средства связи, что полностью обеспечило командирам всех степеней твёрдое управление своими подразделениями и частями. Временные нарушения проволочной связи из-за бомбардировок противника немедленно восстанавливались. Радио работало безотказно. Штабы всех степеней показали отличную слаженность и явились чёткими органами управления частями и соединениями в бою, надёжными помощниками своих командиров. Все приказы и распоряжения быстро доводились до частей, и выполнение их проходило под строгим контролем штабов.

Хорошо были организованы вопросы взаимодействия с артиллерийскими частями усиления; в процессе боя артиллерия своевременно перегруппировывалась на наиболее угрожаемые направления и не раз наносила противнику значительный урон, останавливая атакующие колонны танков противника. В лучшую сторону отличалась слаженность и работа артиллерийских частей, входивших организационно в состав войск армии. Необходимо в будущем всем войскам за 5–7 дней знать, с какими артиллерийскими частями они будут действовать в бою, чтобы иметь время детально ознакомиться и договориться по всем вопросам взаимодействия. Поспешное переподчинение артиллерийских частей (прибывших с других участков и армий) не даёт полной отдачи, так как артиллерийские и танковые начальники часто не понимают друг друга и в бою действуют недостаточно согласованно.

Необходимо в танковом и механизированном корпусах организационно иметь два иптап, из них один 45-мм, другой 76-мм или 57-мм. В армии, кроме того, надо иметь организованно входящих в иптап 76-мм, артиллерийскую бригаду самоходных 122-мм и 152-мм орудий. Боекомплект в танке иметь в составе: 30–40 процентов подкалиберных, 30–40 процентов бронебойных и до 30 процентов осколочных. Все иптапы 76-мм, так же как и 45-мм, иметь на тяге не на ЗИС-5, а «виллисами», так как последние являются более подвижными и на поле боя несут меньше потерь, их всегда быстрее и лучше можно маскировать. Огромная доля потерь в танках явилась от авиации противника. Необходимо ускорить дачу корпусам собственных зенитных полков, имея в армии дополнительно, как минимум, одну зенитную дивизию.

Если в звене больших штабов (корпусов, армий) хорошо отработаны вопросы связи и взаимодействия с соседними стрелковыми соединениями, то в звене «бригада, дивизия, полк, батальон» эти вопросы недостаточно чётко отработаны. На поле боя встречались факты, что две таких части, воюющие рядом, иногда не знают обстановки у своего соседа, ограничиваясь жалобами в вышестоящий штаб, что он своего не видит.