Первая Ливонская война, 1480–1481 годы. Документы

Meister tho Liefflant. Unsen günstigen groith thovorn undt alle guth. Ersamen undt vorsichtigen bsundem, leven undt getruwen. Umme mercklikes anfalles willen, ock na rade des hem van Dorppt undt der synen moten wie noch disse hovetreyse vorlengen undt upschuven achte dage lanck unde hebben also darmede vorgenomen, dat de vorsammelinge thon Nyenhwße im stichte van Dorppt in deme namen Godes gewisliken van allen parten disser lande gesehen sal upp den vridach vor deme sondage tho Groten Vastelavende. Begeren umme den willen van iw mit gansen vlite, gie iw in aller mate, alse iw tovom geschreven is, dama weten tho richten, undt dat de jennen, gie uthferdigen werden, bie uns sien up den gedachten vridach vor deme Groten Vastelavende mit allem nottorfftigen dyngen, tor herfarth denende. Gegeven tho Rowneborch am midweken na der Hilligen Dre Koninge dage im LXXXsten jare.

17

Письмо ливонского магистра Берндта фон дер Борха верховному магистру Немецкого ордена Мартину Трухзесу фон Ветцхауэену о походе в Россию ливонских гебитигеров и сожжении русской крепости с прилегавшими деревнями; гебитигеры из Эстонии намерены вместе с ополчением Ревеля и эстонскими вассалами ордена вторгнуться в Россию через Чудское озеро в направлении Гдова; приписка о переносе в связи с погодными условиями похода войск ордена и Дерптского епископства в Россию со стороны Нейхаузена с 23 января на 15 февраля. 20 января 1480 года.

GStA. НА. XX. ОВА. № 16865.

Опубл.: Mitteilungen 4 (1849). № 2. S. 125–127.

Аннот.: Index (Napiersky). № 2133.

Прежде всего, [примите] наше искреннее верноподданическое послушание с наисмиреннейшим предложением наших возможностей. Достопочтенный, милостивый, дорогой господин магистр. Из наших предыдущих посланий ваша милость узнала о тяжких нехристианских бедствиях, разбоях, убийствах, пожарах, которые принесли в эту страну русские схизматики, наших бедных людей без милосердия порабощавшие, угонявшие, бесчестившие, обращавшие в свою веру и оттеснявшие от христианства. Нам невозможно было это долго терпеть. Было решено созвать ополчения гебитигеров и управляющих амтов Мариенбург [Алуксне], Каркус [Каркси], Венден, Ашераден [Айзраукле], Зельбург [Зайпилс], Дюнабург [Даугавпилс], Розитен [Резекне], Роннебург и Кокенхузен с их [людьми] и в первый день нового года направить через Пурнау (Рornow) в Россию, к одному большому белому деревянному замку [Вышгородку] с более чем 400 домохозяйствами (ffewr stete). Русские заложили и построили этот замок во времена покойного архиепископа Сильвестра [Штодевешера] на земле Рижской епархии. Мы сожгли этот замок дотла со всеми теми, кто там был, с молодыми и старыми, да к тому же с Божьей помощью опустошили и разрушили много деревень на три мили вокруг. Сомнений нет, мы сделали бы много больше, но из-за разразившейся непогоды и воды должны были оставаться на месте. Кроме того, наши опасались, как бы русские в тылу не перекрыли им дороги и мосты и не перебили их всех, и во избежание такого не-счастия и бедствия русские были оттеснены в их пределы, но мы потеряли при том брата Андреаса фон Розена, ландфогта Кокенхузена, и брата нашего ордена Госвина фон Шерлеберга, шенка[39] из Дюнабурга, с четырьмя служителями, [погибших] по собственной неосторожности, да смилуется над ними Господь. Поскольку русских было мало, они поскакали к самому замку и, попав под обстрел, не смогли выбраться. Кроме того, местные гебитигеры из Феллина, Йервена, Ревеля, Пернау, Везенберга [Раквере], Нарвы с ревельцами и [вассалами] из областей Гарриэн и Вирлянд ныне собрались с намерением вторгнуться в Россию через Чудское озеро (peybass) на Гдов и, дай Бог, взыскать за урон, [причиненный] нашему ордену и этой стране [Ливонии]. То, что из этого последует, вместе с этими и другими делами мы не оставим скрытым от вашего достопочтения, кого Господь всемогущий да хранит во здравии и всесилии в течение долгих, надеемся, времен. Дано в Роннебурге в день Фабиана и Себастьяна [14]80-го года.

Гебитигер Ливонии.