Марина Борисовна Бессуднова "Русская Ганза" Жизнь Немецкого подворья в Новгороде, 1346–1521 годы Письма и материалы <empty-line/> <image l:href="#i_002.jpg"/> <empty-line/>

Предисловие <empty-line/>

В ливонской хронике начала XVI века мы встречаем следующее повествование: «Некогда купцы торгового сообщества так называемой немецкой Ганзы или 73 городов, основывали стапеля и конторы, чтобы иметь возможность пользоваться чрезвычайно большими вольностями и привилегиями. Одна контора в настоящее время располагается в Брюгге во Фландрии, вторая в Лондоне в Англии, третья в Бергене в Норвегии. То же самое было устроено и в Великом Новгороде в России, так как обыкновенно все дорогостоящие меха, а именно, соболя, куницы, выдры, белок, горностаев, ласки, а также множество воска и других дорогих товаров доставлялись туда, а уж потом через Ливонию в немецкие и прочие земли, чтобы путем [подобных] сношений возрастало благоденствие всех стран, городов и людей»[1]. Автор этих строк не погрешил против истины, поскольку вплоть до XVI века Немецкое подворье в Великом Новгороде, одна из четырех контор сообщества торговых городов Балтийского региона, известного как Ганза, являло собой сосредоточение его деловой активности в пределах русских земель. Центром подворья была католическая церковь святого Петра, и потому ганзейцы именовали его Петровым двором или просто Святым Петром. Большинство содержащихся в этом издании ганзейских посланий отмечено репликой «Дано с печатью Святого Петра», которая безошибочно подтверждает их принадлежность к документации новгородского Немецкого подворья.

Торговля Ганзы с Русью всегда обладала ярко выраженным своеобразием, отличавшим ее от прочих направлений ганзейского товарообмена, что, собственно, и дает нам основание говорить о «Русской Ганзе», характер развития и типологические особенности которой историческая наука, думается, раскрыла еще далеко не полностью. Немецкое подворье остается в фокусе внимания современных исследователей, которые продолжают изучать его жизнедеятельность в контексте величественной и во многом трагической судьбы Господина Великого Новгорода. Еще в «эпоху викингов» (IX–XI века), отмеченную бурным развитием международной торговли, начинается его превращение в один из крупнейших центров балтийского товарообмена, в богатую и влиятельную «волховскую монополию», привлекавшую заморское купечество перспективой получения высоких прибылей от торговли ценными мехами, воском и прочей продукцией лесных промыслов, в избытке поступавшей на западноевропейский рынок из русских земель. Расширение торговых контактов Новгорода с Западной Европой в XII веке привело к появлению в нем иноземных подворий — сначала Готского, предназначенного для проживания купцов с острова Готланд, а затем и Немецкого, где находили пристанище «гости» из Северной Германии и близлежащей Ливонии. Наибольшего расцвета Немецкое подворье достигло XIV — первой половине XV века, когда новгородская «вечевая республика» находилась на пике своего подъема давая основание присказке «кто против Бога и Великого Новгорода?». 1478 год и присоединение Новгорода к Московскому государству, знаменовавшее закат новгородской независимости, роковым образом сказалось и на судьбе Немецкого подворья. После полутора десятка лет относительного благоволения к ганзейцам, великий князь Московский Иван III Васильевич (1462–1505) в 1494 году распорядился закрыть подворье, что в немалой степени предрешило последовавшее сворачивание новгородской международной торговли. Волею великого князя Василия III (1505–1533) в 1514 году подворье восстановили, но в XVI веке оно являло лишь бледное подобие своей прежней деловой активности.