Читаем Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми полностью

Исследовательница извлекла из ящика окаменелые остатки Carnufex и осторожно поместила их на защитный мат. Окаменелости возрастом 230 млн лет имели светло-оранжевый цвет. Фрагменты черепа были тонкими и хрупкими на вид. Занно разложила их в определенном порядке, и передо мной возникла голова размером с голову взрослого аллигатора. Затем она вынула плечевую кость, найденную рядом с черепом. Кость была крошечной. Эти маленькие передние конечности навели Занно на мысль, что Carnufex время от времени вставал на задние ноги, имея возможность перемещаться как на четырех, так и на двух конечностях. Однако, как отметила Занно, ни одной кости задней ноги пока не было найдено. Один из способов работы в условиях отсутствия информации – сравнить Carnufex

с другими крокодилоподобными архозаврами, жившими примерно в то же время. Древние родственники крокодилов, относящиеся к родам Poposaurus, Shuvosaurus и Effigia, были обнаружены в Техасе и Нью-Мексико. Эти древние животные также имели массивные головы и маленькие передние конечности. Самый полный окаменелый скелет этих рептилий позволяет предположить, что у них были длинные мощные задние ноги. Судя по шарнирному строению сохранившихся голеностопных суставов{49}
и крупным пяткам, все они перемещались на двух конечностях.

«Каролинский мясник» был обнаружен в каменоломне чуть южнее города Монкур в округе Чатем (штат Северная Каролина). Аргиллит, подвергшийся воздействию атмосферного кислорода в высокой концентрации во время триасового периода, окрасил породу в красный и оранжевый цвета. Сегодня камни извлекают из земли и режут на блоки, разрушая все окаменелости, сохранявшиеся в глинистых осадочных породах. Эти окаменелости выдержали все, чему подвергала их Земля в течение 230 млн лет, – до сегодняшнего дня. Иногда работники каменоломни оставляют ученым лишь считаные дни на их изучение, прежде чем измельчить кости тяжелой техникой. Таким образом, для палеонтологов это настоящая спасательная операция.

Солнечным мартовским днем, миновав мост через реку Дип-Ривер, по старому шоссе № 1 я въехал в округ Чатем. На протяжении около 10 км пути мне попались шесть церквей, четыре из них баптистские. Цвели нарциссы, вдоль улиц с маленькими частными домиками стояли цветущие кизиловые деревья, цветок которых является символом штата. Многие дома тут выстроены из триасового аргиллита. Некоторые из этих каменных блоков, без сомнения, содержат окаменелости.

Однако 230 млн лет назад, когда здесь разгуливал чудовищный крокодил, ландшафт выглядел совершенно иначе. Кизила тогда не существовало: цветковые растения еще не появились, в том числе и травы, растущие сейчас вдоль дороги. В растительном мире господствовали папоротники и мхи. С древними предками болотной сосны соседствовали родственники современных крохотных плаунов – 15-метровые гиганты с мощным стволом. Ни мусора на обочинах. Ни машин. Ни людей. И негде помолиться, если наткнешься на «каролинского мясника».

Двуногий крокодил мог бы преуспеть в эволюционном смысле, но в конечном итоге представители этой группы предпочли вовсе не прямохождение в качестве способа локомоции. Эти рептилии в процессе эволюции постепенно перешли к передвижению на четырех конечностях. Возможно, время от времени «каролинский мясник» вставал на задние ноги и ходил так, когда этого требовала ситуация, но проверку временем прошли его родственники-крокодилы, использующие при ходьбе все четыре ноги, – возможно, потому, что они были лучше приспособлены к засадной охоте в мелких водоемах.

Попытка перейти на прямохождение снова потерпела неудачу.

Если проследить другой путь эволюции архозавров после их разделения на две линии, мы в конце концов придем к современным птицам. У истоков этой линии находились древнейшие динозавроподобные архозавры и первые настоящие динозавры. Эти динозавры не ковыляли на четырех конечностях, как стегозавры (Stegosaurus

). Они стояли на задних ногах и бегали так же, как другой более поздний представитель этой группы – велоцираптор (Velociraptor). И те и другие были двуногими.

Как и у крокодилов, бипедализм не стал успешным способом локомоции для многих родов динозавров, и в процессе эволюции они снова и снова возвращались к передвижению на четырех конечностях. Вспомните, например, длинношеего бронтозавра (Brontosaurus) и рогатого трицератопса. Однако представители одной линии динозавров успешно бегали на двух ногах. В юрском периоде по суше бродил устрашающий аллозавр (Allosaur), тираннозавр господствовал в меловом периоде. Оба являлись двуногими машинами для убийства.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже