Песнь златовласой сирены. Книга 1

— Я не могла знать ваших родителей? — задумчиво спросила она меня, чем окончательно поставила в тупик. — У вас очень необычайный цвет глаз. Мне кажется, я такие уже где-то видела.

Я бросила растерянный взгляд на Харна, а тот на меня. «Могла или нет?» — взглядом спрашивал он. «Думаешь, я знаю?! Сомневаюсь», — ответила я, и он указал взглядом на мой блокнот, что я взяла с собой.

«Искренне сомневаюсь, что ваши пути могли пересечься», — написала я и оторвала листок. Харн забрал его у меня, с каменным лицом перечитал и отдал матери. Прочитав, она отложила его в сторону и посмотрела на меня внимательным взглядом, а я в этот момент дала себе подзатыльник, так как забыла дописать «Ваше Величество». Хорошо, что в этот момент подошла служанка, которая сначала наполнила тарелку с кашей Харну, а потом мне. Чуть склонив голову, я спряталась за занавесью волос, уделив преувеличенное внимание содержимому тарелки.

Чувствуя моё смущение, Харн начал уводить внимание от моей персоны, расспрашивая мать о разных мелочах и придворных. Когда мы доели кашу, вернее доела королева, а мы с Харном поковыряли в тарелках, так как в этой компании мне и кусок в горло не лез, и стали пить чай, Её Величество обратила опять своё внимание на меня.

— Лоран, вас ведь так кажется зовут? — обратилась она ко мне. — А как вы оказались в тех местах? Вы там живёте или были в гостях?

На мне скрестились две пары глаз, и я медленно потянулась к блокноту. «Я путешествовал. С Его Высочеством встретился случайно, когда услышал в лесу звуки сражения, и отправился туда посмотреть», — написала я и передала записку.

— Вы путешествовали один?! — удивлённо спросила она, намекая на мой юный возраст.

«Да», — утвердительно кивнула я.

— Как же вас отпустили родные? А из каких вы мест?

Харн тоже с любопытством смотрел на меня и не спешил прерывать допрос. Чтоб его!

«Моих родных нет в живых и мне тяжело говорить об этом», — чуть дрожащей рукой написала я, и вырвала листок, надеясь, что на этом вопросы закончатся.

— А кто были ваши родные?

«Они из простых людей», — написала я.

— Торговцы, ремесленники, крестьяне? — допытывалась королева, вцепившаяся в меня как охотничья собака в дичь.

Я даже карандаш не взяла, чтобы ей ответить и просто смотрела на неё.

— Почему они не водили вас на отбор? Как так получилось, что зачатки довольно сильного дара так и не были обнаружены за столько лет?

Я ничего не отвечала, так и сидев, замерев с прямой спиной, сложив руки на коленях.

— Почему на простые вопросы нет никакого ответа? — в раздражении посмотрела она на Харна.

— Мама!

— Ты просишь отца наградить его за твоё спасение титулом и землёй. Неужели мы не имеем права узнать об этом человеке чуть больше?! — возмущённо проговорила она и посмотрела на меня.

Я же сидела с отвисшей челюстью и в свою очередь возмущённо посмотрела на Харна. Какой титул?! Какие земли?! Он вообще в своём уме? Да кто его просил? У меня появилось огромное желание скормить его умертвиям.

Королева, увидев моё выражение лица, чуть прищурила глаза, изучая меня. Ясно в кого у Харна такой пронзительный взгляд.

Схватив карандаш, я быстро написала: «Я против!!!», и передала принцу, прожигая его яростным взглядом. Так и хотелось схватить что-нибудь тяжёленькое и постучать ему по голове, чтобы все «светлые» идеи выбить.

— Позволь это мне решать! — твёрдо ответил он и скомкал записку. Нет, я его придушу! Возмущение просто распирало меня.

Королева быстро схватила скомканный листок, и даже возмущённый окрик: «Мама!», не возымел действия.

Прочитав мою записку, она хищно улыбнулась и елейным тоном спросила:

— А скажите дорогой Лоран, почему? — я молчала, а она перевела взгляд на сына. — Значит, родители из простых?! Лорган, ты знаешь хоть одного человека, кто откажется от титула и земли? — и они вдвоём перевели изучающий взгляд на меня.

Я теперь что, должна оправдываться, почему титул не хочу?!

— Лорган, мне не нравится, когда я не понимаю, что происходит, — тихо произнесла Королева.

— Мама, я сам разберусь, — твёрдо произнёс Харн.

«Отпусти меня и дай уйти из твоей жизни!», — быстро написала я и протянула ему записку, смотря умоляющим взглядом. Мои нервы сдавали. У него проблемы из-за меня, а у меня из-за него, нам лучше разойтись. Да я об этом мечтала!

Он прочитал, полыхнув в ответ яростным взглядом, и скомкал записку. Посмотрев на мать, тут же положил её в карман. Королева перевела требовательный взгляд на меня. Она что, второй экземпляр хочет?!

— Объясните своё поведение! — приказала она.

Делать было нечего, и я потянулась к блокноту.

«Моя жизнь принадлежала лишь мне, — медленно написала я, — а теперь Его Высочество распоряжается ею, не спросив моего мнения и согласия. Пусть действует и из лучших побуждений, но мне это не нравится».

Посмотрев на Харна, я встала и передала записку в руки его матери, а потом вернулась на место.

— Ты ошибаешься, — жёстко улыбнулась она, прочитав, — твоя жизнь, как и жизнь любого из подданных принадлежит короне. И такие мысли, — она потрясла моей запиской, — больше присущи мятежным аристократам.