Читаем Петербург. История и современность. Избранные очерки полностью

В середине 1987 года круг ленинградского самиздата пополнился журналом «Меркурий» – изданием Совета культурно-демократического движения «Эпицентр». Решение о выпуске журнала было принято 12 мая на учредительном собрании «Эпицентра» в помещении театральной секции «Клуба-81» (пр. Чернышевского, 3). Двадцать пять лет спустя после описываемых событий уже необходимо пояснить значение этих слов.

Днем рождения культурно-демократического движения в Ленинграде принято считать 19 марта 1987 года – события на Исаакиевской площади у бывшей гостиницы «Англетер». Дискуссия вокруг проекта сноса здания гостиницы, где оборвалась жизнь Сергея Есенина, захватила тогда едва ли не весь город. Многие ленинградцы были возмущены не только перспективой уничтожения очередного памятника истории и культуры, но и аппаратным способом принятия решения о сносе. Молодежная группа «Спасение историко-культурных памятников Ленинграда», возглавившая движение за сохранение «Англетера», увлекла за собой сотни горожан, которые три дня несли круглосуточное дежурство на Исаакиевской площади. Городские власти сначала выступили с заверениями об отмене сноса, а затем обнесли обреченное здание забором, оцепили милицией и на глазах пикетчиков взорвали «Англетер». Почти все центральные газеты и журналы откликнулись на англетеровские события, которые оказались в числе главных событий второго года перестройки.

Спустя несколько месяцев после взрыва редактор «Меркурия» Елена Зелинская напишет: «Поражение у стен „Англетера“ обернулось победой… Там, на Исаакиевской, мы нашли друг друга: общественные объединения молодых ленинградцев, клубы творческой интеллигенции, экологические группы, – все, кто считает, что демократизация не может быть спущена сверху…».[239] Уже 21 марта на форуме в память «Англетера» была принята резолюция об образовании культурно-демократического движения (КДД).

Основателями «Эпицентра» считаются представители четырех общественных объединений: «Клуба-81»,[240] Товарищества экспериментального изобразительного искусства (ТЭИИ),[241]

Экспериментального товарищества авторов песен (ЭТАП) и Бюро экологических разработок (БЭР).[242] Вскоре к «Эпицентру» присоединились: инициативная группа межпрофессионального клуба «Перестройка»,[243] экологическое объединение «Дельта»,
[244] объединение добровольцев-реставраторов «Новый мир» и другие группы неформалов. Таким образом, Совет культурно-демократического движения «Эпицентр» представлял собой содружество объединений ленинградской интеллигенции самых различных интересов и направлений – от природоохранного до социально-культурного. По мнению председателя Правления Клуба-81 Б. И. Иванова, деятельность Совета должна была «компенсировать отсутствие в распоряжении общественности средств массовой коммуникации».[245]

Печатный орган Совета – самиздатский журнал «Меркурий» – возглавила Елена Константиновна Зелинская (урожд. Шопотова). Редактор «Меркурия» окончила факультет журналистики ЛГУ (1978 г.), работала в различных газетах, была переводчицей, библиотекарем в средней школе. С 1980 года публиковалась в самиздате (в журналах «Часы», «Молчание», «Митин журнал» и др.), в 1986–1987 годах издавала первый в ленинградском самиздате детский журнал «ДиМ» («Девочкам и мальчикам»).[246]

Помещала в нем свои стихи и переводы с английского (в соавторстве с Ю. Галецким сделала свободный перевод «Дерева» Р. Брэдбери и «Ветра в ивах» К. Грэхема). Яркий общественный темперамент, широта интересов и несомненные организаторские способности Зелинской в полной мере проявились в деле издания «Меркурия». Она была не только главным редактором, но и главным автором, а также неутомимым распространителем журнала. Одна из лучших статей Зелинской «Пепел Клааса стучит в мое сердце», посвященная 50-летию «большого террора»,[247] была сразу перепечатана парижским журналом «Синтаксис».

Поскольку Совет КДД к концу 1987 года объединял уже 15 групп ленинградских неформалов, его печатный орган был призван отражать различные интересы и ценностные ориентации участников движения. Именно в этом тематическом и жанровом разнообразии материалов «Меркурия» заключается его главное отличие от иных периодических изданий ленинградского самиздата 1987–1988 годов («Вестник Совета по экологии культуры», «Эксол», «Рабочий путь», «Демократия и мы», «Красный щедринец», «Обводный канал», «Митин журнал» и др.).

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика