Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура

Для Дома воспитания в 1817 году у действительного статского советника Д.А. Масальского, директора Училища корабельной архитектуры, за 100 тыс. руб. купили каменное трехэтажное здание. Его перестройкой и приспособлением занимался В.П. Стасов, известный зодчий позднего классицизма. Он украсил главный фасад пилястрами, во дворе выстроил жилой флигель. Открытие Дома воспитания состоялось 10 (23) марта 1820 года. Долгое время он оставался закрытым учебным заведением.

В два класса Дома приняли на полное содержание 100 мальчиков от 5 до 10 лет, вне зависимости от их национальности, сословия и вероисповедания. Это были малоимущие дети, сироты и полусироты. Их обучение длилось четыре года – по два года в каждом классе. Однако уже в 1822 году первоначальный план образования пересмотрели – добавили еще один класс, в результате чего курс обучения стал шестилетним. Он основывался на программе уездных училищ. Окончив учебу, 30 лучших выпускников могли на казенный счет продолжить образование в Губернской (Третьей) гимназии; остальных, после годовых экзаменов, определяли в госслужбу или отдавали обучаться разным ремеслам.

Из-за канцелярской направленности обучения программа по русскому языку предусматривала «письма по предметам общежития к низшим, равным и высшим особам <…> литературные письма <…> и разговоры в царстве мертвых (!)», так обозначались абстрактные темы. Кроме русского, учащиеся изучали немецкий и французские языки, а также латынь. Большим знатоком языков был Фома Иванович Петрушевский, директор Дома в 1825–1834 годах, – он переводил Эвклида и Архимеда и приобрел известность как основатель русской метрологии³.

В 1838 году заведение получило новый устав, согласно которому усиливалось изучение математики и законоведения, то есть юридических наук, необходимых для канцеляристов. Одновременно школе даровались «права и преимущества учебных заведений Министерства народного просвещения». Через три года открылся подготовительный двухгодичный класс – в него принимали с восьми лет. Фактически был введен гимназический курс.

Однако повышение статуса остановилось в 1847 году, когда Дом воспитания официально приравняли к низшим учебным заведениям, отчего способные выпускники утратили возможность учиться дальше. Тогда же стали все больше принимать платных пансионеров, их число через некоторое время достигло 200 человек, из-за чего пришлось выстроить два новых флигеля. Плата за содержание пансионеров постоянно росла – от первоначальных 80 до 400 рублей к началу революции 1917 года.

Каков был распорядок дня у воспитанников? Жившие в самом Доме вставали в шесть утра и час спустя получали скромный завтрак – сбитень с куском черного хлеба. В 8 утра, после молитвы, начинались уроки; каждый длился полтора часа. Затем, в два часа, наступал перерыв на обед из двух блюд (обычно щей и гречневой каши) и прогулка.

С шести до восьми вечера ученики готовили уроки и после ужина и вечерней молитвы спать ложились в девять часов. Такой распорядок типичен для всех закрытых учебных заведений этого уровня⁴.

За дисциплиной строго следили комнатные надзиратели, или «дядьки», – согласно официальному документу, «люди кроткие, благонравные и основательные». Это были главным образом отставные унтер-офицеры. В середине XIX века их сменили воспитатели с педагогической подготовкой, окончившие университет. Число оных колебалось от 4 до 10 человек.

Ученики делились на: штатных, содержавшихся на деньги ИЧО (300 руб. в год на ученика); на пансионеров, за которых платили разные ведомства и благотворители; и на приходящих – их обучение оплачивали родители. Если приходящий ученик был беден, то ИЧО ежегодно выделяло ему 50–55 руб., выдавало бесплатные учебники, одежду и обувь, а на пропитание выплачивало 3–5 руб. в месяц. В день же на еду уходило сперва – 7, позднее – 10 копеек.

Количество штатных учеников постепенно сократилось до 40 человек и до такой же цифры упало число пансионеров. Своекоштных, то есть приходящих, насчитывалось 20 человек. Подобное положение создалось к середине 1860-х гг. и оно очень тревожило будущего директора Петра Михайловича Цейдлера, которого власти командировали за границу, чтобы подготовить реформирование Дома воспитания. В 1864 году он подал соответствующий проект, согласно которому из курса были изъяты юридически-канцелярские предметы, расширены общеобразовательные, введены физика, педагогика, пение и гимнастика. Целью этих преобразований являлось приготовление учеников к поступлению в вузы⁵.