Читаем Петр 2 альтернативный полностью

   Цесаревна Елизавета, после сестры Анны вторая в очереди наследования. Хотя закона о престолонаследии и нет, но факт остается фактом - это будущая императрица, если я ничего не изменю в этой истории. Симпатичная девушка. Остерман прочил ее мне в невесты, но увы - она единокровная тетка мне! Умная, красивая, обаятельная. Может попробовать еще раз пристроить ее замуж после неудачного сватовства с французским королем? Какие у нас варианты? Есть сын и наследник у Георга английского. Но мы как бы сейчас в не слишком хороших отношениях с Англией, так как поддерживаем Австрию. Да и нескоро умрет Георг, а значит эффект маленький будет от такого брака. Дания отпадает из-за проблем с Шлезвигом. Швеция тоже наверное отпадает, так как мы поддерживаем у них голштинскую партию, пусть даже проигравшую уже трон. С Карлом Австрийским у нас итак уже тесные связи - его жена моя родная тетка! Вот в Пруссии есть отличный вариант - молодой Фридрих, будущий Фридрих II Великий! И папа его не будет против, если уж выдал его в моей истории за тетку российского императора Иоанна Антоновича... Хороший расклад получается, можно избежать участия в Семилетней войне. Но это нескоро. Какие еще варианты у нас есть? Испания? Очень хороший вариант - наследник трона Фердинанд. Женится позже на португальской принцессе и нам будет трудно обойти такую конкурентку. Наверное, уже много лет назад решено было, что они поженятся. В идеале - выдать за него не Елизавету, а сестру Наталью - будет шанс выжить у нее в теплом климате Испании. Аналогичная ситуация в Португалии. Есть наследник, принц Жозе, женится попозже на Марианне Испанской. А ведь эта Марианна - моя потенциальная невеста! Ее вроде даже сватали мне. Ты не знал, Петя? Ты многого не знаешь. Можно попробовать женится самому, а сестру или тетку пристроить за португальца или испанца. Лучше конечно испанца. Союз с ними может помочь нам создать свою колониальную империю. Нда... не миновать мне поездки в Испанию. Нужно планировать на будущий год ее. И сестру с собой прихвачу да где-нибудь на Пиренейском или Аппенинском полуострове оставлю - пусть лечится! Вариант не пускать ее в Москву не такой надежный. Климат Петербурга еще хуже для легочников, чем московский.

   Меншиков. Уже не молод, но по-прежнему энергичен и предприимчив. Сейчас самый влиятельный человек в стране, но имеет много врагов. Пытается контролировать меня и приструнить его будет сложно. Жаль будет отсылать его в ссылку. Нужно придумать ему занятие вдали от столицы. Например, возглавить армию на Украине или в Персии.

   Пока Петр Романов на пару с Игорем Семеновым задумывали будущие интриги, остальные собеседники с траурными лицами обедали. Насытившись, Великий князь выдержал паузу (ох уж эти церемонии!), оглядел всех, встал (остальные тоже поднялись, будто он уже император) и пошел в опочивальню. Но на выходе из столовой меня встретил посыльный

   -Государыня просит Вас к себе, Ваше высочество!

   Зашел в спальню больной императрицы. Следом за мной увязались Меншиков и младший Сапега. Сел у постели.

   -Петя..

   -Да, матушка?

   -Умираю я, Петя. Не спорь. Оставляю тебе трон. Александр Данилович позаботится о тебе, пока ты вырастешь.

   Екатерина говорила по-русски с сильным акцентом. В груди у нее клокотало что-то и хрипело, речь прерывалась кашлем. Она почти не двигалась, только глазами в упор смотрела на меня.

   -Пообещай мне, Петя.

   -Что, матушка?

   -Позаботься о дочках моих, Лизе и Ане. Не обижай их.

   -Обещаю, матушка.

   Екатерина прикрыла на мгновение веки. Потом слабой рукой махнула, перекрестив меня. Я наклонился и поцеловал ее руку.

   -Ступай, Петя. Прощай...

   -Прощайте, матушка.

   Оглянувшись на остающихся в комнате взрослых, я вышел из опочивальни.

   Пошел к себе, но спать не ложился. Играть не хотелось, читать тоже. Пошли на пару с Федей Лопухиным на Царицын луг. Увязался с нами и Степан Апраксин с парой солдат. Наблюдали, как солдаты вытаптывают весеннюю травку. Потом сели в лодку и катались по реке. В отсутствии Вани Федя не очень удачно пытался рассказывать всякие истории. Я слушал, поглядывал на здания по берегам и проплывающие корабли. Добрались до верфей. Здесь кипела работа. Вокруг остовов больших кораблей суетились мастеровые. Пахло стружкой, дегтем. Подоспел старый адмирал Апраксин с толпой флотских и инженеров.

   -Кипит у вас работа, Федор Матвеевич!

   -Да что вы, Ваше высочество! Сейчас тут тихо. Скоро достроим эти вот корабли и будем заниматься только ремонтом без закладки новых судов. Умирает флот наш. При Петре Алексеевиче куда больше кораблей строилось.

   Затем адмирал повел на экскурсию по территории Адмиралтейства. Какие-то склады с парусами, досками, бочки со смолой, канаты, мастерские, лесопилка с ветряками. Пахло стружкой, дегтем. Осмотрели громадный корпус стопушечного линейного корабля "Петр Первый и Второй". Рядом тоже почти готовый корпус 'Святой Натальи'. Уже смеркалось, когда мы поплыли обратно во дворец. На пристани нас встретил камер-юнкер Никита Трубецкой.

   -Государыня скончалась.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адольф Гитлер (Том 1)
Адольф Гитлер (Том 1)

«Теперь жизнь Гитлера действительно разгадана», – утверждалось в одной из популярных западногерманских газет в связи с выходом в свет книги И. Феста.Вожди должны соответствовать мессианским ожиданиям масс, необходимо некое таинство явления. Поэтому новоявленному мессии лучше всего возникнуть из туманности, сверкнув подобно комете. Не случайно так тщательно оберегались от постороннего глаза или просто ликвидировались источники, связанные с происхождением диктаторов, со всем периодом их жизни до «явления народу», физически уничтожались люди, которые слишком многое знали. Особенно рьяно такую стратегию «выжженной земли» вокруг себя проводил Гитлер.Так возникает соблазн для двух типов интерпретации, в принципе родственных, несмотря на внешнюю противоположность. Первый из них крайне упрощённый, на основе элементарной рационализации мотивов во многом аномальной личности; второй – перенесение поисков в область подсознательного или даже оккультного.Автору этой биографии Гитлера удалось счастливо избежать и той, и другой крайности. Его книга уникальна по глубине проникновения в мотивацию поведения и деятельности Гитлера, именно это и должно привлечь многих читателей, которых едва ли удовлетворит простая сводка фактов.

Иоахим К. Фест , Фест

Биографии и Мемуары / Прочая старинная литература / Документальное / Древние книги