Писатели и советские вожди

Эренбург вспоминал, что семидесятилетний эссеист Жюльен Бенда говорил ему во время обстрела Мадрида об Андре Жиде:

Вы поверили в его общественную ценность, сделали из него апостола, а теперь предаете анафеме. Это смешно, особенно здесь — в Мадриде. Андре Жид — птичка, которая свила гнездо на «ничьей земле»; стрелять нужно, как стреляют фашисты — по батареям противника[945].

Илья Эренбург, 8 июля:

Вчера делегаты конгресса были на фронтах. На вечернем заседании конгресса выступил, несмотря на тяжелые ранения, писатель Густав Реглер. Реглер говорил, сидя в кресле: «Что теперь сказать тем писателям, которые еще колеблются и которых нет сейчас среди нас? Неужели вы верите в политику примирения, нейтралитета, невмешательства? Мы должны сказать вам: нет перемирия с врагами народа, с убийцами Герники, с теми, которые сегодня ночью снова бомбардировали мирное население Мадрида. Мы — с испанским народом!» Делегаты стоя приветствовали Густава Реглера. Французский писатель Андре Мальро сказал: «В тяжелые дни отступления у Талаверы я видел две бомбы, которые не разорвались. Они были присланы из Германии, и внутри были записки: „Эти бомбы не разорвутся“ — залог мужества и солидарности. Я хочу сказать вам одно: мы делаем всё, чтобы бомбы наших врагов не разрывались». Послана приветственная телеграмма Ромэн Роллану. Испанский поэт Бергамин выступил сегодня во второй раз, посвятив свою речь клеветнической книге Андре Жида об СССР «Я говорю, — начал Бергамин свою речь, — от имени всей испанской делегации. Я говорю также от имени делегации Южной Америки, писателей, которые пишут на испанском языке. Я надеюсь, что я говорю также от всех писателей Испании. Здесь, в Мадриде, я прочитал новую книгу Андре Жида о СССР. Эта книга сама по себе незначительна. Но то, что она появилась в дни, когда фашисты обстреливают Мадрид, придает ей для нас трагическую значимость. Мы стоим все за свободу мысли и критики. За это мы боремся. Но книга Андре Жида не может быть названа свободной, честной критикой. Это несправедливое и недостойное нападение на Советский Союз и на советских писателей. Это не критика, это клевета <…>. Пройдем молча мимо недостойного поведения автора этой книги. Пусть глубокое молчание Мадрида пойдет за Андре Жидом и будет для него живым укором»[946].

10 июля Эренбург сообщал в «Известия»:

Последнее заседание II международного конгресса писателей в Испании прошло с большим подъемом. Выступали Фадеев, Бенда, Маринельо (Южная Америка), Маргарита Нелькен, Эренбург, Андре Мальро, Фернандо де лос Риос. Заседание закрыл председатель кортесов Мартино Баррио. Завтра утром делегаты конгресса уезжают в Барселону.