Пишем книгу в facebook вместе! (СИ)

-Я против. И всегда был против, мы сто раз это обсуждали. Ладно мотоцикл, но не такой. Но пока ты лежала там... - Федор сжал кулаки и сделал глубокий вдох, - пока ты там была... у меня было много времени подумать, о тебе, о нас, о твоих словах. И я понял, что не смогу заставить тебя быть другой, разумной, покладистой, правильной ... для меня. И я понял, что больше не хочу с тобой воевать, не хочу, чтобы ты менялась. Я... люблю и буду принимать тебя такой, какая ты есть.

Было видно, что эти слова дались ему нелегко, он пристально смотрел в мои глаза, ожидая увидеть в них ответ.

-Спасибо, - я нежно коснулась его щеки, - Я тоже тебя люблю.

Поймите, я не могла поступить иначе! Он говорил это всё Еве и от неё ждал ответа. А это был самый лучший ответ мужчине, который полгода ждал и боролся за жизнь своей любимой, к тому же купил ей мотоцикл-мечту, хоть и не одобрял такое средство передвижения.. Не учла я только одного, за такими признаниями обычно следует поцелуй...

На ужине я чувствовала себя просто ужасно. Лицо и губы горели огнём, вина перед Евой, страх перед грядущей ночью, из-за хаоса собственных эмоций всё вокруг я могла воспринимать с большой задержкой. С другой стороны, может именно восприятие всего происходящего словно через стекло и помогло не грохнуться в обморок.

Признаюсь, поцелуй Федора вызвал непонятный мне самой отклик в моём теле, и если бы не вежливое покашливание водителя Алексея и информация про первых пришедших гостей, я даже боюсь подумать, как далеко моё спасибо могло бы зайти.

-Ева, солнышко! Ты так похудела... - на меня пахнуло резкими духами. Милая невысокая блондинка улыбалась и протягивала мне свою наманикюренную ручку.

Так, это, если следовать описанию в письме, Ангелина, а вот и муж - партнер по бизнесу моего - как же его звать то...?'

-Витя, ну ты её задушишь! - Фёдор своевременно высвободил меня из объятий щедрого на ласки друга, краем глаза я заметила, как перекосило Ангелину.

-Худая баба - враг в хозяйстве. Сама не ест и вам не даст! - походу Витя начал свои 'смешные' шутки с порога. Федор снова разрядил обстановку.

-Кстати, пойдемте в гостинную поближе к закускам, Анна Ивановна сегодня постаралась, как всегда.

Я размышляла про письмо Евы и мою реакцию на гостей, остро чувствуя свою предвзятость к ним. Например, тот же Виктор. Он совсем не казался мне эдаким Штирлицом, вполне добродушный мужик, пусть немного развязный, но в чем-то милый и смешной. А его жена Лина - и вовсе не тянула на Бону Сфорца, просто пресыщенная бездельем женщина, которой только и остается, что следить за каждым шагом мужа и доставать окружающих капризами.

Вторыми пришли тетя Вика и её друг Владимир. Тут тоже моё восприятие и характеристики из письма Евы разошлись. Виктория показалась мне очень напряженной и дерганной. Возможно, сегодня был не её вечер, но постоянные поглядывания то на часы, то на телефон наводили на мысли о некой тайне. А вот ей мужчина наоборот, излучал спокойствие и даже будто пах надежностью. Этот запах напомнил мне отца, когда почти взлетала, подпрыгивая на его плечах, но всегда была уверена, что он меня не отпустит. И он никогда не отпускал... Я даже чисто механически села ближе, меня хоть немного отпускало чувство вины в его присутствии.

-Когда снимут гипс?- Серафима Петровна продолжала допытываться о моем здоровье. Сначала устроила форменный допрос Федору, но не получив четких ответов, переключилась на меня.

-Ну.. врач говорит, что недельку ещё точно надо с ним, а там будет смотреть...

-Я звонила Валентину Петровичу, он рассказал про проблемы с памятью... И у меня такое чувство, что вы оба что-то не договариваете, не хотите меня волновать...

-Мама, успокойтесь!- спасатель Фёдор снова брал на себя огонь, - да, Ева не всё помнит, но тут нет ничего необычного, после комы это, вообще норма. Ведь данное состояние ещё до конца не изучено, но сейчас ей намного лучше, просто нужен отдых и время! И меньше раздражающих вопросов!

Федор явно прозрачно намекал, что такая забота излишне, но Серафима Петровна будто не понимала намеков и расспрашивала дальше.

'Так.., он называет её мама, но его родители умерли. Что там было в письме? Ага, помню,- жена отца. Получается моего, то есть Евиного отца, который умер. Получается ли это, что Серафима Петровна - моя мама? Ну тогда можно было просто написать 'мама', а не жена отца. Что-то я запутываюсь, надо уточнить этот вопрос, а сейчас пора Федора выручать'

-Мама, я понимаю, то ты волнуешься, но давайте сегодня не о болезнях и больницах, я так от этих разговоров уже устала, а сегодня мой первый вечер дома, я ведь не знаю, что нового у вас, все-таки давно не виделись. Не в курсе, что в мире за это время произошло. Может об этом поговорим?