Письма о буддийской этике

Этот целесообразный закон природы формирует самые разнообразные пространственные конфигурации элементарных частиц, которые, в свою очередь, составляют бесконечно разнообразные вещи в природе. Каждая вещь чем-то или какими-то особенностями разнится от других вещей, поэтому она имеет собственное имя (камень, арбуз, золото и т. д.), также она имеет собственную форму в пространстве. Под именем и формой Будда подразумевал все качество и свойство и особенность материальных вещей: «Если сознание, Ананда, не создало бы имя и форму, могли бы мы отличить воду от огня, землю от воздуха?» — «Нет, мой господин». — «Если бы сознание, Ананда, не вошло в чрево, возникли бы в чреве имя и форма?» — «Нет, господин» (Mahanidana Sutta). Таким образом, разумный закон, который создал природу вещей, Будда называет сознанием.

Существование организованных структур ограничивает в природе случайности в смысле всевозможного сечения самых различных (качественно и количественно) обстоятельств. В этих структурах наиболее ясно выступает известное родство между строем природы и разумом, которое Кант охарактеризовал как объективную целесообразность, проявляющуюся в материальном мире. Наконец, существенная и отчасти даже определяющая роль, которая принадлежит организованным структурам и формам неживой природы, сближает ее с живой природой и является свидетельством того (помимо других факторов), что мир органический не отделен от неорганического мира непроходимой пропастью, что единство органического и неорганического не ограничивается только материальной (вещественной) однородностью (физического и химического состава), но и распространяется в значительной степени на структурные закономерности обеих указанных сфер. Для правильного и точного выполнения взаимосвязи и взаимоотношения органического и неорганического бытия именно это структурное родство имеет принципиальное значение.

Дело в том, что ссылки на единство одной только вещественной основы для решения этого вопроса недостаточно. Это единство для современного научного знания не подлежит никакому сомнению. Анализ состава органических образований неоспоримо показывает, что в их основе лежат те же самые химические элементы, т. е. в них происходят те же физические и химические процессы, что и в неорганических телах. Но такое единство в отношении материального состава допускает все же два различных толкования: либо материалистическое толкование, утверждающее, что в конечном итоге между органическим и неорганическим миром нет принципиальной разницы, т. е. что органические явления целиком сводимы на физические и химические явления, свойственные органическому бытию, и отличаются от этих последних лишь неизмеримо большею сложностью (в отношении химического состава и констелляции физических условий) и что при дальнейшем развитии естественная физиология должна превратиться в специальный отдел физики и химии.

Так же высказывался и И. П. Павлов. Сколь убедительным это толкование ни представляется с позиции естествознания, но с философской точки зрения оно не может быть удовлетворительным, поскольку не учитывает отличительных особенностей органической жизни, а в частности, ее высших форм, связанных с психической жизнью, или, выражаясь точнее, материалистическое толкование, которое вместе с тем является и механическим, недооценивает принципиальное значение господствующей в органической природе целесообразности, пытаясь ее (явно недостаточно) объяснить из таких внешних факторов, как борьба за существование, влияние окружающей среды и пр.

Поэтому понятно, что уже с самого начала, как только проблема органического попала в поле зрения философского мышления, материалистической интерпретации была противопоставлена другая, которую можно назвать телеологической, или объективно идеалистической. (Этот вопрос я разбираю более детально лишь потому, что следующим, четвертым, моментом причинной связи, по указанию Будды, — из имени и формы, возникают шесть областей (области шести органов чувств — глаза, уха, носа, языка, тела, т. е. осязания, и ума), иначе говоря, возникают животные вплоть до человека.) Целесообразность, согласно этой теории, объясняется тем, что в органическом мире материальные процессы подчинены высшему нематериальному началу, которое их так направляет и согласовывает между собой, что этим обеспечивается единство организма и возможность его самосохранения и развития. В наличии этого высшего начала, обусловливающего целесообразность в структуре и поведение всего живого, усматривали коренное отличие органического мира от неорганического и называли его душою, духом или разумом.