Читаем Письма о буддийской этике полностью

Любопытно отметить, что на это обстоятельство обратил внимание Кант и усмотрел в нем косвенное свидетельство целесообразного устройства природы, которое идет как бы навстречу стремлению человека создать всеобъемлющую и всепроникающую систему знания. Общая причинно-следственная связь становится специфичной и конкретизируется таким образом, что исследователь находит повсюду, к какой бы области физических явлений он ни обратился, все новые и новые особые формы каузальных связей. Вот эти упорядоченность и закономерность структуры материи, которые дают материальным вещам имя и форму, Будда называет сознанием.

Следующим моментом причинной связи является возникновение шести областей (области шести органов чувств — глаза, уха, носа, языка, тела, т. е. осязания, и ума). Этот момент причинной связи характеризует появление живой материи и процесс ее развития до человека.

Об этом напишу в следующих письмах.

Пока, целую и жду.

Твой Биди.


Что-то долго нет от тебя письма, беспокоюсь, не случилось ли что-нибудь?

Н.! В одном из писем ты спрашивала, как я отношусь ко второму пришествию Христа? Я отвечаю, что отношусь равнодушно. Во всяком случае не боюсь этого прихода, ибо если он — Бог (в этом я не сомневаюсь), то он не будет организовывать такую комедию, как Страшный суд, ибо это противоречит его предикату — Всеблагости. Зачем он будет посылать людей (несовершенных) на вечный огонь, тогда как человеческий суд и то имеет снисхождение.

Наташа! Попробуй сопоставить библейский миф о том, как Бог создал небо и землю в течение семи суток, а в последний день — Адама и Еву из его ребра, с этим учением. Они, видимо, были созданы в одну и ту же эпоху; если верить Спинозе, то эпические части Библии были созданы во II веке до нашей эры.

29.

31 декабря 1956 г.

Москва

Милая, дорогая Наташа!

Я получил твое письмо от 26 декабря. Очень благодарен тебе. С 20-го по 26-е ты не писала, это для меня было тяжелым периодом; я боялся за тебя, думал, может, заболела моя Наташенька. Сейчас, только сейчас я вздохнул облегченно.

Я надеялся, что мы исчерпали наши мирские разговоры о Л. М. и о наших дальнейших отношениях. Увы, опять они выплывают на поверхность. Видишь, как болезненно и мучительно иметь дело с сансарой. Могу ли я без тебя жить? Этот вопрос для меня открыт. Пока что мне кажется, я не могу жить без тебя. Во что все это выльется — я не знаю, все это меня очень пугает и тревожит. Я думаю, что М. А. рассказала Л. М. о том, что мы оживленно переписываемся. Конечно, М. А. знает, сколько писем я получаю от тебя, ибо она сама из ящика вынимает все твои письма. Но что ей за дело? Я тоже раньше думал, что Л. М. мне желает добра, а теперь думаю другое. Она, мне кажется, боится твоего увлечения мною; она, видимо, хочет, чтобы ты была безупречной женой Ванюшки.

Во всяком случае, меня это очень мало трогает. Может, в этом проявляется моя слишком болезненная мнительность. За свою жизнь, к сожалению, я привык обнаруживать за «добрыми» улыбками змеиное жало. О, Наташа, если бы ты знала, сколько зла я находил в людях… Осуждать ее я не хочу и не могу, ибо настоящих людей слишком мало в этом подлунном мире. За всю свою жизнь всего четыре раза я встречал настоящих людей, из них тебе известен только один Василий Эмильевич Сеземан.

Наташа! Я принимаю твои условия: 1) бросаю все и всякие сомнения и избавляюсь от них; 2) даю клятву впредь никогда не употреблять ни устно, ни в мыслях, ни в письмах фраз «я сомневаюсь», «я не уверен», «ты смеешься» и т. д. Разумеется, эта клятва будет в силе, если не будет повода с твоей стороны. Кроме того, бросая все и всякие сомнения и избавляясь от них, я уверяю себя в другом, в том, что ты любишь меня так же, как я тебя. Иначе нет во мне устойчивого равновесия, без которого не может быть уверенности и несомненности.

На этом, я думаю, нужно заканчивать все наши мирские (сансарные) дела, которые очень мешают нам говорить о наших философских вопросах.


Пратитьясамутпада, или учение о зависимом происхождении

В предыдущем письме мы разобрали третий момент причинной связи, т. е. сознание, из которого возникает имя и форма. Нет природы или материального вещества, которые бы не состояли из микрочастиц (первоматерии), и от количества, состава, взаимосвязи и взаимоотношений микрочастиц зависит конфигурация атомов. Орбиты и спин электронов и других микрочастиц меняют химические и физические качества элементов Так как причинная связь микрочастиц обусловлена общим ходом совершенствования (разумной волей), то в самой основе элементарных частиц заложена рациональность, упорядоченность, стремление к развитию и осложнению и сопротивление разрушению. И общий ход развития материального мира поэтому строго соответствует всем этапам совершенствования духа.

Перейти на страницу:

Все книги серии Философы России XX века

Письма о буддийской этике
Письма о буддийской этике

Книга представляет письма известного буддолога и религиозного деятеля Б. Д. Дандарона (1914-1974) к Наталии Юрьевне Ковригиной (в замужестве — Климанскене).В 1956 г. Дандарон после четырнадцати лет лагерей вышел на свободу, и сильное чувство, пережитое им при встрече с Ковригиной, стало поводом для длившейся три года переписки - с октября 1956-го по июль 1959-го. Дандарон выразил в письмах свое видение буддизма и наметил необходимые, по его мысли, пути синтеза этого древнего учения с идеями современной философии и физики. Результатом этого синтеза он видел создание «необуддизма» — нового религиозно-философского видения мира на основе буддийского учения.Книга не оставит равнодушными тех, кому интересны философия, буддизм и удивительная судьба самого Бидии Дандаровича Дандарона.Письма снабжены именным указателем и списком опубликованных работ Б. Д. Дандарона.

Бидия Дандарович Дандарон

Биографии и Мемуары / Буддизм / Религия / Эзотерика / Документальное

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза