Пламенный насос. Естественная история сердца

Гиппократ (ок. 460 – ок. 377 до н. э.), которого часто называют отцом медицины и который дал свое имя современной клятве Гиппократа, был руководителем медицинской школы на греческом острове Кос. Прославленный в веках своим философским подходом и клиническими наблюдениями, Гиппократ многое сделал для того, чтобы вывести медицину (те крохи, что были в его время) из сферы магии и суеверий. До Гиппократа считалось, что все болезни есть форма божьей кары и единственный способ предотвратить их или избавиться от них – это жить нравственной жизнью. Так что самым распространенным рецептом была молитва. Гиппократ, однако, находился под сильным влиянием египетской медицины, которая заостряла внимание на таких концепциях, как чистота и здоровое питание. Его опора на древних египтян может также объяснить веру Гиппократа в заполненную воздухом систему артерий. Например, он утверждал, что трахея – это артерия, что объясняет ее первоначальное название arteria aspera[77] ⁴⁸.

Был ли Гиппократ согласен с египетской верой в то, что сердце является вместилищем сознания, неясно. Его работы выражают, казалось бы, противоречивые позиции, иногда считая таковым сердце, иногда мозг. Одним из возможных объяснений может быть тот факт, что историки затруднялись определить, какие из многих работ, приписываемых Гиппократу, на самом деле были написаны им, а какие – его последователями и коллегами⁴⁹.

Что мы знаем наверняка, так это то, что на заре Древней Греции, незадолго до того, как Гиппократ начал свою работу, натурфилософ и теоретик медицины Алкмеон Кротонский разработал ряд поистине новаторских теорий о том, как функционирует организм. Где-то между 480 и 440 годами до н. э. он предположил, что самый важный орган – это мозг. Ученый утверждал, что мозг не только источник разума, но и что он жизненно важен для работы органов чувств, например глаз. Эта позиция позволяет считать Алкмеона первым краниоцентристом – в ерящим в то, что работа тела сосредоточена вокруг головы и того, что в ней находится. Однако в течение многих столетий краниоцентризм оставался в тени кардиоцентризма.

Одним из влиятельных кардиоцентристов был греческий философ Аристотель (384–322 до н. э.). Хотя он известен как отец биологии, он, конечно, заслужил этот титул не за то, что обладал точными знаниями о таких органах, как сердце, мозг и легкие. Гораздо более вероятно, что этому способствовали его новаторские работы в области таксономии. Аристотель записал подробные наблюдения за сотнями растений и животных, вскрыв многих из них и применив наблюдаемые характеристики (например, кровь или отсутствие крови), чтобы впервые создать систему, с помощью которой можно было бы классифицировать все живые существа.

В одном из таких исследований Аристотель наблюдал за работой сердца у живого куриного эмбриона. Он отметил, что это был первый орган, который развился, и предположил, что у крупных животных, таких как люди, трехкамерное сердце с правой, левой и центральной полостями[78]. Согласно Аристотелю, у животных среднего размера две камеры сердца, а у мелких – только одна.

Еще Аристотель считал, что сердце – самый важный орган в теле: вместилище интеллекта, эмоций и души[79]. Не имея никаких знаний о нервной системе, Аристотель утверждал, что сердце служит центром для всей поступающей сенсорной информации, а сигналы от таких органов, как глаза и уши, передаются к нему через кровеносные сосуды. Для мозга же Аристотель предполагал гораздо менее высокую роль. Он считал, что тот действует очень похоже на современный радиатор, чья задача – охлаждать сердце.

Спустя полтысячелетия после Аристотеля в Пергаме, городе на побережье Эгейского моря, родился Клавдий Галенус (129–216), более известный под именем Гален. Это побережье, некогда часть мира Древней Греции, ко временам Галена стало частью Римской империи[80]. Гален, сын богатого архитектора, учился с намерением стать врачом и философом. Было бы трудно, если не невозможно, переоценить его влияние на медицину, поскольку его учение – и учение тех, кто слепо следовал за ним, – будет господствовать примерно в течение следующих полутора тысяч лет.

Под влиянием Гиппократа, в молодости Гален много путешествовал и познакомился с медицинскими практиками в таких местах, как Александрия (Египет) – в центре научного и медицинского прогресса. Гален следовал принципам Аристотеля и, как и он, был полностью убежден в существовании души и ее тесной связи с органами, которые вскоре увидел воочию.