Плесень – лекарство или яд?

Итоги научного открытия: политические, экономические и этические

В 1945 году награда нашла героев. Флемингу, Чейну и Флори «за открытие пенициллина и его целебного воздействия при различных инфекционных болезнях» была вручена Нобелевская премия.

В Нобелевской лекции Флеминг отметил, что «феноменальный успех пенициллина привел к интенсивному изучению антибактериальных свойств плесеней и других низших представителей растительного мира. Лишь немногие из них обладают такими свойствами».

Чашку с разросшимся плесневым грибом Флеминг хранил до конца жизни.

Флеминг категорически протестовал против патентования технологии производства пенициллина. Однако во время Второй мировой это успели сделать американцы. Флеминг был крайне возмущен: он считал, что лекарство, которое спасает жизнь, не должно служить источником дохода.

Обычный пенициллин, ставший доступным для практического применения в годы войны, спас миллионы обреченных на умирание людей. Список его безусловных побед огромен. Это и скоротечная пневмония, и менингит, и общий сепсис, и газовая гангрена, и столбняк, и дифтерия, и сибирская язва и прочие болезни-приговоры военного и послевоенного времени.

Русское чудо

Советская медицина тоже не стояла на месте. Ученые открыли антибиотик пенициллин во время Второй мировой войны и назвали его грамицидином С. Я думаю, вы уже познакомились с этой захватывающей историей, просмотрев фильм «Плесень».

О разработках, которые вели англичане, в СССР стало известно в августе 1941 года. Наркомздрав запросил у союзников образец плесени Флеминга. Ответом было молчание. А время шло. Тогда глава Всесоюзного института экспериментальной медицины Зинаида Виссарионовна Ермольева обратилась лично к Сталину с просьбой позволить начать ей работу над созданием советского пенициллина. Сталин разрешение дал – в награду за спасенный от холеры Сталинград. В самые тяжелые военные годы были выделены средства для полномасштабных научных исследований. Ермольевой удалось получить штамм пенициллум рустозом. Препарат был назван «Рустозид».

Тысячи раненых заполняли госпитали, страдавшие не просто от повальной нехватки медикаментов, но и от отсутствия элементарных санитарных условий для оказания помощи раненым. Многие погибали не от ран, а от заражения крови. Применение антибиотикотерапии позволило бы спасти тысячи жизней, однако широкое использование американского пенициллина в силу его высокой цены затруднено. Могут помочь только собственные разработки группы профессора Ермольевой, которая ведет работы по получению антибиотиков в России. Между тем разрыв во времени между лабораторным образцом и медикаментом подчас составляет годы…

После серии успешных опытов на мышах, свинках и жеребятах начались срочные клинические испытания в столичных госпиталях. Результаты апробации были озвучены З. В. Ермольевой на аппаратных совещаниях. Говорилось о превосходстве отечественного препарата над американским аналогом «по силе действия и широте применения». Ободренное положительными результатами, в 1943 году правительство разрешает организацию производства пенициллина на одном из московских заводов. Первые партии препарата стали поступать в распоряжение фронтовых врачей и приносить ощутимую пользу.

Первым больным, испытавшим на себе действие препарата, был красноармеец Михальченко, его привезли с фронта с осколочным ранением. Раненому начали вводить рустозид. Через неделю рана полностью зарубцевалась. Еще через два дня Михальченко выписался и вернулся в строй. Молва о чудесном лекарстве пошла по всем фронтам. В 1943 году началось промышленное производство рустазида – отечественного пенициллина.

В январе 1944 года в Москву в составе иностранной делегации приехал американский профессор Флори и встретился с русской коллегой. Профессор привез с собой свой пенициллиновый штамм, для того чтобы провести сравнение. По свидетельствам сотрудников лаборатории, превосходство осталось за русским препаратом, а профессор в знак восхищения русской коллегой назвал ее «мадам Пенициллин». Хотя «победа» русского препарата была и неоднозначной.

Утверждения о более высокой эффективности отечественного препарата по сравнению с американским аналогом в ходе масштабного применения на фронте не подтвердились. Противоречивые результаты ряда практикующих врачей вынудили предположить, что различные серии препарата обладают различной силой действия. В руки врачей, получавших лучшие результаты, попадали более сильные серии антибиотика, и наоборот. Позднее, в 1944 году, клинические испытания группы врачей во главе с Н. Н. Бурденко показали, что отечественный антибиотик имеет тот же уровень активности, что и американский аналог. Утверждения же о более высокой его эффективности приводили к применению антибиотика в более низких концентрациях и, соответственно, к резистентности (привыканию) патогенных бактерий к препарату и гибели людей…