По скелету всему свету

Антон был поражен. В графе владельца появилось имя человека, на которого был зарегистрирован этот номер. И если верить поисковику, этот номер, а следовательно, и машина принадлежала Альбине – любовнице Горыныча.

– Альбина владеет грузовым фургончиком? У нее бизнес по выпечке пончиков?

– Смотри лучше! Этот номер прикреплен совсем к другой машине!

В еще одном окошке была надпись «Ауди ТТ»

– Точно! – хлопнул себя по лбу Антон. – У Альбины «Ауди». И в номере на ее «Ауди» я видел три четверки.

– И буквы те же самые: ЕКХ. И даже регион совпадает. Только числится этот номер не за фургончиком, а за красной «Ауди». Никакого фургончика с пончиками тут нет и в помине.

– Но номер точно принадлежит Альбине?

– Да. Ты же видишь ее имя, оно на экране.

– Что же это получается? Альбина стоит за похищением наших друзей и твоей мачехи?

– Не называй Душеньку моей мачехой пусть даже и в шутку, – взмолилась Ульяна. – Я-то изо всех сил надеюсь, что дело у них с моим папашкой до свадьбы все-таки не дойдет.

– Если ты ее так не любишь, тогда, может быть, это ты и заказала похищение Душеньки?

Антон снова пытался пошутить, но снова неудачно.

Вместо того чтобы посмеяться, Ульяна совершенно серьезно ответила:

– У меня были такие мысли.

– И что?

– Я их прогнала, – еще серьезней ответила Ульяна. – А насчет номера я думаю, что кто-то хочет, чтобы в похищениях подозревали Горыныча и его молоденькую подружку.

– Я первым делом именно так и подумал.

– Похитители все очень тонко рассчитали. Учитывая богатое криминальными моментами прошлое Горыныча, полицейским будет легко заподозрить в похищениях именно его. Тем более что все похищенные имеют к Горынычу отношение. Пусть даже и самое косвенное. И мне кажется, что есть человек, который имеет на Горыныча зуб. Или что-то пытается ему сказать.

– И чего этот тип добивается, похищая людей, о существовании которых Горыныч благополучно забыл или, как в случае с твоим отцом, даже и не помнил?

– Это надо спросить самого Горыныча. И про Душеньку надо ему сказать.

Увы, сделать это друзьям оказалось невозможным. Горыныч был все время недоступен. А чернобородый начальник его охраны, который вчера оставил друзьям свой номер, трубку хотя и снял, но говорить не мог.

– Мы сейчас в отделении, – приглушенно пробубнил он. – Босс на допросе. А мы с Альбинкой ждем своей очереди в коридоре.

– Это из-за похищений людей? Да?

– Да. Менты говорят, что людей увозили на машине, а на той машине номер Альбинки. Черт, и кто мог так сильно подставить хозяина?

И на этом разговор прекратился, а Ульяна и Антон переглянулись.

– Горынычем и Альбиной вплотную занялась полиция. А мы кем займемся? Судаковым?

– Да. Надо узнать у старика о судьбе операционного стола и Семена Петровича.

Вчера Акутин в порыве благодарности расщедрился настолько, что продиктовал друзьям телефон своего тестя.

Но предупредил:

– Будет лучше, если вы не станете упоминать, при каких обстоятельствах вы получили номер. А если уж совсем честно, то я буду вам безмерно благодарен, если вы вообще про меня не станете упоминать.

– Почему?

– Видите ли… Мой тесть… Он немного занудлив, когда дело касается добропорядочности. В его понимании все, что не укладывается в его собственные стандарты, чуть ли не преступление. И если он узнает про Горыныча и про виварий, он будет…

– Разочарован?

– Не просто разочарован, может и на дверь указать.

А уходить от Судакова и его четырехкомнатной квартиры со всеми удобствами, евроремонтом и обеспеченным бытом, который ему предоставлял статус зятя профессора, Макс явно не собирался. Подставлять Акутина друзья не собирались, так что, продумав легенду, они отправились в гости к профессору.

Легенда у них была замечательная по своей простоте.

– У моего преподавателя Сан Саныча был в свое время учитель по фамилии Судаков. Профессор. И звали его, если мне не изменяет память, тоже Геннадием. Чтобы завязалась беседа, думаю, этого уже достаточно.

Профессор Судаков был дома. Гостей он не ждал, но визиту их обрадовался. Особенно когда Антон назвал его профессором и упомянул о том, что учится у Александра Александровича – ученика самого профессора Судакова.

– Ну надо же, как интересно! – всплеснул руками профессор. – Вы учитесь у Сани?

– Вы что, его помните? – удивился Антон.

– Как же, как же! Прекрасно помню Сашу – одного из моих лучших студентов. Замечательный молодой человек. Уже в юности подавал огромные надежды. Удивлен! Удивлен, что он еще помнит меня – старика.

Антон с Ульяной, сами того не ожидая, попали по адресу. Но вообще-то тут было много неясного. Профессор Судаков, невзирая на свою белую бороду, такие же пушистые белые брови и шевелюру, как у Эйнштейна, выглядел чуть ли не моложе самого Сан Саныча. А ведь профессор должен был быть старше Сан Саныча как минимум лет на двадцать, чтобы Сан Саныч мог у него учиться. И вообще, Сан Саныч всегда говорил о своем научном руководителе в прошедшем времени.