По следам исчезнувшей России

Западная Украина попала под власть восстановленной после Первой мировой войны Польши. Причем по итогам советско-польских войн к новому государству отошла значительная территория Волынской губернии, не входившей никогда в состав Царства Польского. В отличие от Австро-Венгерской империи, проводившей гибкую национальную политику, власти Польской республики взяли курс на создание мононациональго государства и проводили на своих восточных землях политику полонизации населения. В этих условиях украинство приобрело особое значение для местного населения как парадигма, защищающая собственную идентичность от растворения в польском народе. Русофильство в этих землях исчезло почти полностью, во-первых, сказывались результаты австрийских репрессий, во-вторых, его остатки преследовались польскими властями куда жестче, чем даже украинство, и, в-третьих, после уничтожения русского национального государства и появления на его месте Советского Союза, сама идея русофильства теряла смысл.

Отношения западноукраинских национальных организаций и советской Украины были сложными. С одной стороны, советские спецслужбы стремились использовать их в борьбе с польским государством, которое в СССР вплоть до середины 30-х годов считали одним из наиболее вероятных противников. С другой стороны, украинские националисты были настроены в целом антисоветски, что и привело к конфликту. В 1938 году чекистами был убит лидер националистов Коновалец. Во время войны украинскую карту пытались разыграть немцы, но с ограниченным успехом. После вхождения Западной Украины в состав СССР советская власть повела жесткую борьбу против украинства западного извода, которое, в свою очередь, истолковало это как русскую оккупацию.

Таким образом, на Украине присутствуют два типа украинской идеи — советский, ведущий свое начало от киевских просветителей, и западный, имеющий свои истоки в Австро-Венгрии. При всех разногласиях между ними, и Львов и Киев стоят на позиции украинства, защищают интересы украинского народа (историю которого склонны удревнять, что обычно для молодых народов) и строят национальное государство.

А что же русские? Несмотря на украинизацию, проводившуюся со всей мощью советского государства, значительное количество малороссов смогли сохранить свою русскую идентичность. К ним необходимо добавить тех русских, которые переселились на Украину в советское время и не успели украинизироваться. По официальным украинским данным, русские составляют 17,8% населения республики (на 2001 год), и эти данные следует считать заниженными.

За окном темнело, чуть позвякивала в опустевшем стакане ложечка, поезд приближался к границе, которую незримо строили все 70 лет советской власти. Толком выспаться ночью не удалось — в первом часу в вагон вошли российские пограничники и таможенники, а через 40 минут на следующей станции поезд посетили их украинские коллеги. Много времени формальности не занимают, но вся эта двойная побудка посреди теплой летней ночи, эти фуражки с форменными кокардами показывают всю абсурдность итогов советской национальной политики. Сейчас, когда всю Европу от Бреста Литовского до Бреста атлантического можно проехать, не предъявляя никому документов и не видя ни одной форменной фуражки, вся эта пограничная суета на дороге по которой 300 лет не было никакой границы, выглядит особенно нелепой…

Утром я вышел подышать свежим воздухом на станции Казатин. Внимание проезжающих привлекает большое здание вокзала, который считается одним из самых старых и самых красивых вокзалов Украины. Он был построен в 1888 — 1889 гг. по проекту архитектора В.И. Куликовского. Руководил строительством инженер Александр Васильевич Кобелев.

Собственно, и сам город Казатин возник благодаря железной дороге. В 1868 году началось сооружение Киево-Балтской железной дороги. Одной из ее станций и стал Казатин, основанный на месте, которое внес в качества пая в строительство дороги предприниматель Марьян Васютинский. При станции быстро возник поселок, который в 1874 году получил права заштатного города Бердичевского уезда. Здесь сходились линии, идущие из Киева к Одессе и из него же на Волынь и далее на Брест-Литовский. Это пересечение привело и к расширению станции, и к процветанию новообразованного города.

В начале XX века в Казатине проживало 3,5 тыс. человек; в нем была православная церковь, две еврейские молельни, железнодорожное депо, техническое железнодорожное училище, школа, больница, аптеки. А также были мельницы, кузницы, столярни; шапочные, сапожные и бондарские мастерские, кирпичный завод и питейные лавки; но четвергам проводились еженедельные базары.

Было приятно увидеть, что в ходе идущего ремонта зданию вокзала умело возвращают его первоначальный облик, в том числе и надписи с русскими ятями. Всего одна буква, павшая жертвой революции, стала символом памяти о прошлом.