По следам исчезнувшей России

Второй этаж. Комната для прислуги, почему-то названная в подписи комнатой телохранителей, — ну да, для туристов надпись — гар дю кор звучит внушительнее. А вот спальня Государя. Тоже все просто — две деревянные кровати, тумбочки, комод.

В холле — серсо — забавная игра для свежего воздуха. Рядом на лавке лежат подлинные половики, которыми некогда были застелены полы. Входим в детскую. Тут все тоже предельно просто — простые деревянные диваны, простые кровати, тумбочки. Ни грамма роскоши и в то же время — уютно и очень светло.

Невольно задумываешься о парадоксе — монарх, которому принадлежал не один десяток роскошных и комфортабельных дворцов, построил для себя тихое, простое и уютное жилище. Правители демократических государств, живущие в скромных официальных квартирах, порой строят для себя роскошные дворцы или виллы, и, видимо, в их роскоши чувствуют себя хорошо. Каждому — свое.

История самого музея тоже весьма интересна. Как уже упоминалось выше, последний раз Императорская Семья посетила Лангинкоски в 1906 году. В годы Первой мировой войны здание, как и многие другие резиденции Императорской семьи, включая Зимний дворец, было отдано под лазарет. После 1918 года изба долгое время стояла заброшенной. По жители городка Котки не забыли тех тихих и спокойных дней, когда русский царь ловил здесь рыбу. В 20-е годы они создали «Музейное общество региона Кюменлааксо», а в 1933 году добились передачи здания музею. Постепенно пополнялась экспозиция, отыскивались подлинные предметы, мебель. Так, уже после Второй мировой войны, кровати из царской опочивальни были обнаружены в резиденции президента Финской республики Паасикиви, и тот ответил категорическим отказом передать их в музей. Отказал и… с треском проиграл следующие выборы. Его преемник, президент Кекконен, был более благосклонен, и в 1956 году кровати вернулись в Лангинкоски…

В настоящее время музей принадлежит Финской республике, но передан государством в управление «Обществу Лангинкоски», наследнику «Музейного общества региона Кюменлааксо»[57].

С момента кончины Александра III прошло более века. А здесь по сию пору помнят, как он приезжал ловить лососей в резвых водах Кюми. В советские годы, при описании старой России всегда подчеркивалась оторванность царской власти от народа, ненависть к самодержавию и его носителям со стороны лучших людей. Лишь «темный народ» мог, по мнению советских историков, «питать монархические иллюзии». В постсоветские годы таких высказываний стало меньше. Но по-прежнему нет описания того чувства, которое испытывали подданные по отношению к монарху. Современному человеку очень сложно понять верноподданнические чувства своих предков, потому что в современной политической системе ничего подобного нет и в принципе быть не может. Демократия не просто допускает, а прямо подразумевает критическое отношение гражданина ко всем государственным служащим, включая и главу государства. Это является необходимым элементом политической культуры и гражданского поведения.

Поэтому очень сложно понять, что к монарху подданные относились совсем по-другому. И то, что финны век спустя трогательно хранят память о своем Государе, отчасти помогает задуматься о природе этого чувства. Чем заслужил его Александр III? Не прославленный полководец, не великий реформатор, а просто царь? Может быть, маленький рассказ об одном незначительном случае, произошедшем с ним в Финляндии, поможет это понять:

«Уже будучи императором, Александр III рыбачил на берегу маленького финского островка на Финском архипелаге. Он добыл сачком много раков и вывалил их в большую корзину. Члены семейства собрались вокруг и восторгались уловом и способностями императора в ловле раков. Александр III выглядел очень довольным.

Неожиданно на берегу появился старичок, полицейский пристав из соседней деревушки. Увидев содержимое корзины, он принялся укорять царя за ловлю раков в то время, когда это еще не было разрешено. Старик не знал, к кому он предъявляет претензию.

Такая дерзость рассердила господ из свиты, но, взглянув пристально на полицейского, Александр поднял тяжелую корзину и высыпал ее содержимое в море. Он не произнес ни слова возражения, только тепло улыбнулся, а блюститель закона отправился восвояси, ворча по поводу городских господ и всех им подобным, кто, несмотря на свои роскошные костюмы, не умеют себя прилично вести.

Для Александра III закон был законом, и он сам всегда стремился его соблюдать»^{124}. И в этом — все.

О Богохранимой стране Финляндской…