По субботам не стреляю

– Встает классический вопрос: cui bono? – важно сказала сестра. – Масонам – bono? Bono. Это все в листовке сказано. Патриотам – bono? Bono. Ажиотаж, митинги эти бесконечные, популярность возрастает во сто крат, вообще под эту марочку много чего провернуть можно. Так? Так. Но я тебе больше скажу. Патриоты – это только один вариант, а есть и другие.

– Например?

– Например... Шахтеры бастуют, учителя – тоже, зарплату не платят, рубль падает, кризис... ну и так далее...

– Ты хочешь сказать?..

– Я хочу сказать, что иногда Джек-потрошитель бывает власти очень кстати. Все отвлекаются... И вообще... Вдруг это он ворует зарплату?

В кухню вошла мама и остановилась у окна, слушая наш разговор.

– Ну и, кроме того, – продолжала сестра, – это могло быть bono ревнивым бабам, конкурентам, мафиози, маньякам и так далее и тому подобное.

– Знаешь, Мариша, – мрачно сказала я, – чего я никак не могу понять... Живет себе человек, живет... Ничего особенно плохого не делает. И вдруг выясняется, что убить его выгодно чуть ли не всем на свете. Получается, что он всем мешал...

– Нет, – неожиданно вмешалась мама. – Ты неправильно рассуждаешь. У убийства может быть два мотива...

– То есть как? – изумилась я. – Не два, а двадцать два. Жадность, ревность, зависть, месть... Маринка, помогай!

– Я не так выразилась, – отмахнулась мама. – Не два мотива, а два... не знаю, как назвать... два типа мотивов, что ли. Человека могут убить, чтобы устранить помеху, – это раз. А еще могут убить, если кому-то он нужен мертвым, а не живым.

– Стой, стой! Это здорово! – воскликнула сестра.

– Ну, знаете! – возмутилась я. – Послал мне бог семейку! Ты, – я ткнула пальцем в маму, – мисс Марпл, а ты – Ниро Вульф!

– Ты намекаешь на мой вес? – осведомилась сестра, которая ужасно боялась растолстеть.

– И на мой возраст? – подбросила жару мама, которая в свой полтинник выглядела нашей старшей сестрой.

– Я еще не так намекну, – бушевала я. – Хватит с меня ваших премудростей! Я ничего не понимаю! Если вы такие умные, то скажите – что мне делать?!

– Всему свое время, – авторитетно заявила сестра. – Перескажи мне еще раз ваш с Никитой телефонный разговор.

– Он спрашивал про записную книжку, – добросовестно начала я, – говорил про акростих, про гастроли... Тьфу! Я же забыла про Антона!

– Какого Антона? – удивилась сестра. Я забыла не только позвонить в Будапешт, но и рассказать сестре про Антона и пропавших агентов. А мне-то казалось, что я не упустила ни малейшей детали!

– Балда! – сказала я вслух. – Вот балда! Не ты, не ты, а я! Сейчас объясню...

Я поспешно изложила Маринке еще и этот сюжет.

– Ну так что же ты? – спросила она. – Иди звони.

– Поздно, наверное... – засомневалась я.

– Не поздно. У них на два часа меньше, чем у нас.

Я пошла звонить. Довольно долго никто не подходил, потом включился автоответчик. Приятный мужской голос сообщил, что я позвонила по такому-то номеру, и предложил оставить сообщение. Я назвала свое имя, сказала, что звоню из Москвы, и попросила Ласло Лендела – точнее Лендела Ласло – перезвонить мне, если будет возможность. Потом я продиктовала свой телефон и положила трубку. Почему я оставила свой номер, а не Антона – убейте, не знаю! Возможно, подсознательно мне хотелось получать информацию из первых рук. Во всяком случае, Маринка меня не осудила, а даже похвалила.

Уходя спать, она сказала задумчиво:

– Ты подумай, я уже две недели не в курсе твоей личной жизни – и даже не спросила тебя, как Костя. Вот до чего доводят преступления!

– Об этом потом, – быстро проговорила я. У меня не было настроения рассказывать о Костином звонке.

– Хорошо, потом, – кротко сказала сестра. – Спокойной ночи. Пойду спать и думать.

– А о чем ты будешь думать в первую очередь?

– В первую? В первую – о «шантаже».

– Почему?

– По двум причинам. Понимаешь, во-первых, нам нужно развести две задачи, отделить их друг от друга. Одна задача – понять, кто убийца, вторая – очистить тебя от всех и всяческих подозрений. Решения первой для решения второй достаточно, но не необходимо. Так что лучше начать с того, что касается непосредственно тебя. А во-вторых... Как тебе сказать... Этот «шантаж» – загадка в чистом виде. Можно сколько угодно повторять, что эта запись – чистейшая нелепость. Но ведь она существует, а значит, этому должно быть какое-то объяснение.

То ли потому, что я свалила с себя часть ответственности, то ли еще по какой причине, но эту ночь я спала как убитая.

Глава 11