По теневой, по непарадной. Улицы Петербурга, не включенные в туристические маршруты

Кондратьевский проспект начинается с жилого дома под № 1, построенном в начале прошлого века Леонидом Богуским. Это бывший доходный дом Александра Пшонкина. До его постройки Александр Иванович уже владел зданием неподалеку, а для нового доходного дома выкупил участок у землевладелицы Ольги Владимировны Дерфельден, она, как ни покажется странным, разводила здесь, в окружении заводов, огород.

За домом № 1 находится производственное здание машиностроительного завода «Феникс», возведенное в 1913 г. Михаилом Евментьевым. История этого завода началась тридцатью пятью годами ранее, когда англиискии предприниматель Джеймс Мюргед основал чугунно-медно-литейный и механический завод и назвал его «Феникс». Первоначально здесь наладили сборку паровых машин, гидравлических и паровых прессов, привозимых из-за границы. В первую очередь, конечно, из Англии, а также из промышленно развитых Швеции и Германии. Говоря современным языком, здесь производилась «отверточная сборка». Естественно, в условиях промышленного и технического роста Российской империи такая ситуация не могла продолжаться долго, и с 1890-х годов на «Фениксе» наладили производство станков собственных конструкций, и вскоре завод стал едва ли не крупнейшим в России по выпуску станочной продукции. «Феникс» стал получать крупные заказы, связанные с судостроением и созданием вооружения.

Теперь уже не из Европы в Россию для сборки ввозят комплектующие, а российский «Феникс» поставляет готовую продукцию в Европу!

Поступательное развитие предприятия прервала Первая мировая война, затем после революции производство на некоторое время законсервировали. Новая история предприятия началась под новым именем. Осенью 1922 г. возрождающийся фактически из пепла, как легендарная птица феникс, машиностроительный завод переименовали в станкостроительный завод им. Я.М. Свердлова.

В период индустриализации на заводе наладили серийное производство горизонтально-расточных и продольно-строгальных станков общего назначения, а вообще в период до начала Великой Отечественной войны на заводе им. Я.М. Свердлова спроектировали и освоили в производстве более восьмидесяти моделей специальных станков для решения оборонных задач.

Возможно, кому-то эта информация покажется скучной, однако она дает представление о том, как укреплялась материально-техническая база страны, ведь известно, что без производства средств производства не может быть в государстве сильной, а тем более, самостоятельной экономики, не зависящей от экономик других стран.

Сегодня все это осталось в прошлом. В тяжелом для новой России 1996 г., когда все производства в буквальном смысле валились на бок, станкостроительный завод попытались реструктуризировать, преобразовав его в закрытое акционерное общество «Свердлов». Имя председателя Всероссийского Центрального исполнительного комитета современные предприниматели оставили не в связи с какими-то особыми заслугами Якова Михайловича в развитии отечественного станкостроения, а как известный товарный знак. По-современному говоря, «раскрученный бренд».

Несмотря на определенные успехи, предприятие все-таки «дожали». В год трехсотлетия Петербурга в отношении «Свердлова» возбудили процедуру банкротства, а через два года торговую марку «Станкостроительный завод „Свердлов“» приобрело некое общество с ограниченной ответственностью (ООО). В административном здании завода тогда же открыли бизнес-центр «Феникс». А о заводе «Феникс», ставшим «Свердловым», напоминают эмблемы на кирпичном заборе с буквами СЗС.

Похожий кирпичный забор находится и на противоположной стороне проспекта. Только его украшают, если это можно назвать украшением, буквы «КВ».

У любителей военной техники две эти буквы ассоциируются с танками КВ — «Клим Ворошилов». Так получилось, что имя народного комиссара не чуждо и этому предприятию. С 1929 г. существовал Ленинградский завод по обработке цветных металлов им. К.Е. Ворошилова, в 1977 г. его объединили с «Красным выборжцем». Так вот, буквами «КВ» обозначается именно это предприятие, ставшее таковым, как и «Свердлов», в 1922 г.

А до этого почти шестьдесят лет, с 1863 г., существовал завод Розенкранца. Немец Карл Розенкранц, купивший небольшое предприятие на Выборгской стороне, очень быстро его укрупнил и расширил, сосредоточившись на изделиях из цветных металлов. К 1870 г., когда открыли Финляндский вокзал, соединивший столицу Империи с Великим княжеством Финляндским, у Розенкранца выпускались топки и трубы красной меди для паровозов. Предприимчивый немец прекрасно знал, на производстве чего следует сосредоточиться.

Тем не менее в 1872 г. завод перешел к его брату Эдуарду, а в 1881 г. во время экономического кризиса владельцем предприятия стало акционерное «Санкт-Петербургское Общество меднопрокатного и трубного завода бывш. Розенкранц». Директором же стал бельгийский посол И. Шарлье.