Победитель турок. Князь Василий Бебутов. 1791– 1858 гг.

Здесь же было объявлено о награждении отличившихся в сражении генералов. Ордена Святого Георгия 3-й степени были удостоены генерал-адъютант князь А.И. Барятинский и генерал-лейтенант Бриммер. Князя А.И. Барятинского на молебне не было, так как его срочно отозвали в Тифлис, где была масса неотложных дел. Командир корпуса надел орден Святого Георгия на шею генералу Бриммеру, тепло поздравив его с высокой наградой. Войска дружно поддержали командира, выражая свое глубочайшее уважение к храброму генералу, с которым готовы были идти в огонь под его командованием. Он был для них: наш генерал. Поседевший в боях воин, приняв награду с глубочайшим волнением, сказал: «Здравствуй, друг! Наконец я тебя дождался» – и поцеловал орден.

Начальник штаба действующего корпуса полковник Неверовский, достойный и неутомимый помощник командира корпуса, один из творцов победы, в качестве награды был произведен в генералы. Затем были оглашены списки остальных награжденных. Каждая часть, участвовавшая в сражении при Кюрук-Дара, получила в качестве награды от императора по 3 рубля на человека и по 3 знака отличия Военного ордена на роту, эскадрон, батарею.

Князь Бебутов искренне благодарил войска за вклад в победу, подъезжая к каждой части в отдельности, и говорил им в соответствии с родом оружия и участия в сражении. Особенно трогательно он говорил, обращаясь к виртембергским драгунам: «Друзья нижегородцы, я называю вас этим славным именем, в память прошлого. С вами мне всегда счастье: с вами я заслужил под Кутишами Георгия на шею; с вами я получил за Кадыклар Георгия 2-й степени, с вами теперь я удостоился Святого Андрея Первозванного в Кюрук-Дара. С вами и жить и умереть хорошо!»

На следующий день генерал Бебутов издал приказ по действующему корпусу:

«Друзья-товарищи! Вчера в высокоторжественный день 22 августа я имел счастье получить уведомление от командующего Отдельным Кавказским корпусом, что Государь Император, получив донесение о славном подвиге вашем, 24 прошедшего июля, близ селения Кюрук-Дара, всемилостивейше соизволил пожаловать:

Мне – орден Св. апостола Андрея Первозванного.

Высочайше назначенному ко мне помощником генерал-адъютанту Князю Барятинскому и начальнику артиллерии генерал-лейтенанту Бриммеру ордена Св. Георгия 3-й степени. Начальнику Штаба полковнику Неверовскому – чин генерал-майора. Адъютанту моему, майору Александровскому – звание флигель-адъютанта Его Императорского Величества. Нижним чинам всего отряда, участвовавшим в знаменитой победе, по три р[убля] с[еребром] каждому и, сверх того, по три знака отличия военного ордена на каждые: эскадрон, роту и батарею и по два таких же знака на сотню казаков и милиционеров.

При этом Его Императорское Величество повелеть соизволил отбитые у Турок тамбур-мажорские трости оставить на память в полках: одну в гренадерском Его Императорского Высочества Великого Князя Константина Николаевича, другую – в карабинерном Эриванском Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича, третью – в Ряжском пехотном и четвертом Белевском егерском с приличными на тростях надписями: когда, где и кем отбиты.

Высокая Монаршия милость, которую Государю Императору благоугодно было меня удостоить, далеко превосходит мои слабые труды, и я принимаю ее смело только потому, что имею честь командовать такими молодцами, как вы, храбрости которым всем обязан. Примите же, друзья мои, изъявления моей глубокой, сердечной вам признательности и искреннее поздравление со Всемилостивейше пожалованными вам наградами.

Да осенит вас Всемогущий Бог кровом Своей благости, да поможет вам всегда также разить врагов, как вы их разили до сего времени».

Генерал Бебутов был чрезвычайно польщен такой высокой наградой. Еще бы, ведь об этом ордене он мог только втайне мечтать. Орденом Святого Андрея Первозванного военные награждались не ниже чина полного генерала. Что касается генерал-лейтенантов, то они в этот период им не награждались. Но поскольку все было в руках императора, то он мог себе позволить произвести такое награждение. Одновременно это свидетельствовало о том, какое большое значение Николай I придавал разгрому Анатолийской армии турок при Кюрук-Дара. По имевшимся сведениям, армия, разгромив русский действующий корпус, должна была вторгнуться в Закавказье, выбить оттуда русских и соединиться с горцами Северного Кавказа, чтобы вести с ними совместные военные действия против России. Кроме того, часть сил Анатолийской армии должна была направиться в европейскую часть для боевых действий на Балканах.

В результате поражения при Кюрук-Дара, по мнению военных специалистов и историков, турецкая армия в Закавказье перестала существовать как значительная боевая сила. Русские войска получили возможность развернуть наступление на карском направлении, что привело в последующем к овладению Карсом и победе русских войск на Кавказе. Англия и Франция, исходя из сложившейся ситуации, угрожавшей полным разгромом Турции, вынуждены были встать на ее защиту и вступить в войну с Россией.