Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА IV. Киты и люди

На самом освещённом месте стоял немолодой, но высокий и крепкий, словно вековой дуб, верховный вождь племени. На бёдрах его — повязка из тапы, белой ткани, изготовленной из луба хлебного дерева и волокна кокосового ореха. На голове — шлем, увенчанный цветными перьями птиц, некоторые из которых достигали метра в длину. Его тело было сплошь покрыто замысловатыми фигурами искусно выполненной чёрно-синей татуировки. Рисунки нанесены на выбритую часть головы, на лицо, включая веки, губы и уши, на все открытые части тела, на ногти рук и ног, отвечая, видимо, представлениям туземцев о красоте. В руке вождь держал длинное четырёхметровое копьё, превращающееся снизу в весло. Копьё-весло было вырезано из твердого дерева и покрыто сверху замысловатой резьбой. На поясе — резная курительная трубка в виде топорика, на шее — ожерелье из акульих зубов, а в мочки ушей вставлены два громадных зуба кашалота, тупым концом вперёд. В отверстиях оснований зубов были закреплены два великолепных тропических цветка. Ноги и руки украшены расшитыми ракушками браслетами из человеческих волос. Татуировка на лице пересекала глаза и нос от уха до уха, а также шла от ушей к подбородку, образуя треугольник, обозначающий доминирующее положение предводителя. Лицо его, казалось, окаменело; тяжёлым взглядом вождь неотрывно смотрел в лицо Александру. Рядом стояли другие вожди, немного отступив назад, признавая старшинство верховного военачальника. Всё стихло, когда вождь заговорил:

— Я — великий вождь Нуку-Хива, мои помощники — великие воины, вожди: Фату-Хука, Хива-Оа и другие. За боевые заслуги их именами названы многие острова нашего архипелага. Мы слышали о тебе, Александр, много хорошего. Но всё равно — мы тебе не верим. Другие путешественники, приходящие на больших кораблях, обычно говорят в точности то же, что и ты. А потом забирают у нас женщин, пищу, разрушают дома, отстреливают дичь, оскверняют богов, нарушают наши обычаи, отнимают землю и строят на ней свои дома, убивают из ружей и из пушек моих людей.

— Мы не причиним зла ни тебе, ни твоему народу, о великий Нуку-Хива. Мы принесли тебе подарки и хотим только дружбы с жителями твоего острова.

— Не уговаривай, Александр. Уже почти ночь, и мы не дадим тебе ни ночлега, ни пищи, — сказал Нуку-Хива и отступил назад, давая дорогу своим воинам.

— Жаль, что ты не веришь нам, о подозрительный Нуку-Хива. Но это — твоя земля, и если ты так настаиваешь, мы уйдём.

— Ты зашёл слишком далеко, Александр, и обратного пути уже нет. Если мы тебя отпустим, ты вернёшься и приведёшь с собой великанов и много военных кораблей с пушками и вооружёнными людьми, которые уничтожат мой народ.

— Ты хочешь помешать нам уйти, о несправедливый Нуку-Хива? Нам придётся применить оружие. У нас есть пистолеты, карабины, сабли и палаши. Погибнут не только мои люди, но и многие из твоего народа, о неразумный Нуку-Хива.

— Я не питаю злобы ни к тебе, ни к твоим людям, Александр; я не хочу вашей гибели. Вы станете моими желанными гостями, если согласитесь добровольно разоружиться. Мы дадим вам кров, пищу, лучших девушек. У вас не будет недостатка ни в чём. Но тогда забудьте навсегда о возможности вернуться домой.

— Ты удивляешь меня, о наивный Нуку-Хива. Неужели ты думаешь, что мы добровольно откажемся от свободы для того, чтобы оказаться в сладком плену на этом острове?

Наступила тишина. Нуку-Хива надолго задумался, а потом сказал:

— Если уж ты, Александр, намерен драться, давай договоримся, что судьбу нашего спора решат два воина, один — от меня, другой — твой человек. Чья сторона возьмёт верх, за тем — и последнее слово. Только твой человек должен выйти без пистолета и карабина, чтобы уравнять наши шансы.

— Согласен, о неуступчивый Нуку-Хива, — коротко сказал Александр.

— А сдержишь ли ты своё слово?

— Я сдержу своё слово, Нуку-Хива, ты знаешь это. И ты тоже сдержишь слово — я знаю это точно, о благородный Нуку-Хива.

— Вот мой воин, его зовут Хату-Таа.

Вперёд вышел могучий воин. Он воткнул в песок копьё, поставил рядом дубинку, а в руку взял дротик. Голова его была полностью выбрита за исключением двух участков справа и слева от макушки. Пряди волос этих участков собраны в два тугих пучка наподобие рожек и завязаны белой тапой. Волосы на лице также выбриты, оставлены были только две узкие длинные пряди, идущие из уголков верхней губы, и две пряди на подбородке. Лицо покрыто татуировкой, идущей тремя горизонтальными полосами: одна полоса шла через глаза и вокруг головы, вторая — через нос к ушам, третья — через рот к шее.

Увидев поединщика, капитан Александр рассмеялся:

— Послушай, дружище, увидишь ли ты что-нибудь через свои татуированные полоски на лице?

— Напрасно ты смеёшься, Александр, — сказал Нуку-Хива. — Хату-Таа — опытный и искусный воин и никому в бою не даст спуску.

Моряки из отряда Александра, наблюдавшие этот разговор, не понимали речи туземцев, они не знали языка жителей Затерянных островов, но по тому, что происходило, догадались, что должен быть поединок.

Абордаж вышел вперёд и сказал: