Почему он выбрал Путина?

Между тем Примаков не уставал уверять, что не претендует на пост президента России. Впервые во всеуслышание он сказал об этом в уже упоминавшемся телеинтервью 13 сентября 1998 года. То же самое, как заклинание, Евгений Максимович не раз будет повторять и в дальнейшем. Возможно, что в ту пору все эти уверения были вполне искренни. Хотя… Позже, оставив премьерский пост, в интервью «Московскому комсомольцу» Примаков сообщит, что уже через две недели после его назначения Ельцин пригласил его к себе и сказал: «Давайте думать о стратегических вопросах. Я мыслю вас на самом высшем посту государства!» Вряд ли после такого разговора мысли о возможном президентстве могли не посещать Примакова. Это при том, что сам Ельцин, возможно, сделал ему такое предложение и не вполне всерьез. Гайдар мне говорил по этому поводу:

У Бориса Николаевича была своеобразная манера, о которой мало кто знал. Он приглашал человека из административно-политического истеблишмента к себе в кабинет или на дачу. И говорил примерно следующее: «Вы знаете, я долго думал и пришел к окончательному решению: именно вы должны быть моим преемником. Давайте мы с вами обсудим, как нам сделать, чтобы это было реализуемо, как нам выстроить политический процесс». После этого человек выходил ошеломленный. У него был какой-то безумный взгляд… В его разговорах с ближайшими соратниками появлялась характерная фраза: «Но вы же главного не знаете!» Если бы мне не были известны, по крайней мере, два человека, которые примерно в таком состоянии выходили из кабинета Бориса Николаевича, мне самому трудно было бы в это поверить. Так он «проверял» людей, смотрел, как человек отреагирует на его слова о преемничестве, как будет себя вести, что говорить…

Возможно, одним из тех двоих, о которых говорил Гайдар, как раз и был Примаков.

«Не свет похоронной лампады, а луч надежды»

Несмотря на отнекивания Примакова о его президентских перспективах говорили почти во все время его пребывания на премьерском посту. Так, восторженный поклонник Евгения Максимовича Аркадий Вольский, президент Российского союза промышленников и предпринимателей, расхваливая новое правительство на съезде Союза 20 октября 1998 года провозгласил с великим пафосом:

Впервые за годы реформ в туннеле зажегся свет: это не свет похоронной лампады, а луч надежды.

В общем «луч света в темном царстве».

Особенно по сердцу Вольскому пришлось то, что правительство проводит линию на «усиление роли государства в экономике». Было такое ощущение, что входящие в Союз промышленники и предприниматели это сплошь «красные директора», хотя на деле, естественно, все уже было давно не так.

Спустя несколько дней, по завершении съезда, Вольский заявил в таком же восторженном тоне, что Примаков будет работать долго: его поддерживает общество, его понимают.

По словам Вольского, позиции премьера «достаточно крепки» как в России, так и за ее пределами. В частности, сказал Вольский, Европейское сообщество, единодушно приняло и поддержало его во всех отношениях. Что касается его президентских перспектив… Если бы Россия вышла из кризиса достаточно безболезненно, то, по мнению Вольского, кандидатура Примакова была бы «одной из самых сильных» на президентских выборах 2000 года.

Ничего удивительного в восторгах президента РСПП не было: они с Примаковым как бы составляли пару политических братьев-близнецов схожие биографии, схожая психология, даже внешность и манера поведения схожие.

Вместе с тем, вслед за заверениями самого Примакова, Вольский по-видимому, с великим сожалением исключил, что Евгений Максимович будет баллотироваться на пост главы государства.

А если не Примаков, тогда кто? Как полагал Вольский, «существенные шансы» победить на предстоящих президентских выборах у московского мэра Юрия Лужкова. По данным Вольского, 69 процентов директоров промышленных предприятий и предпринимателей, то есть «контингента РСПП», предпочли бы видеть на посту президента России именно Лужкова.

«Я исчерпал свой потенциал»

В интервью «Известиям» от 20 ноября Примаков в очередной раз подтвердил, что не намерен баллотироваться в президенты в 2000 году.

Я исчерпал свое, согласившись на премьерство, сказал он. Бороться за президентство не намерен.

Повторю еще раз: возможно, и прежде, и теперь он все это говорил вполне искренне, памятуя о своей изначальной договоренности с Юмашевым: сам Примаков на президентство не претендует, вместо этого они Ельцин, Примаков, Юмашев сообща ищут подходящего кандидата из числа молодых.

И действительно в первые три месяца примаковского премьерства такой поиск шел довольно активно. Сам Примаков весьма энергично продвигал кандидатуру Сергея Степашина. За него же выступал и Анатолий Чубайс. Юмашев, хорошо знавший Степашина, хоть и считал его вполне приличным человеком, но одновременно чрезвычайно слабым, не способным принимать важные решения в сложной обстановке, а потому не годящимся на роль президента.