Под счастливой звездой

Когда появился Лаган, она укрылась за пологом на постели, обложившись со всех сторон подушками. Тот взглянул на нее с сочувствием, и страх девушки поубавился. Если Лаган не винит ее в происшедшем, то, возможно, и Парлан не станет этого делать.

— Им занимаются?

— Так точно, Парлан. Старая Мег.

Парлан удовлетворенно кивнул и высунулся из окна, чтобы оглядеть залитый лунным светом дворик. Лаган ободряюще улыбнулся Эмил. Улыбнулся и подумал, что девушка похожа на малое дитя, ожидающее наказания. Не произнеся более ни слова, Лаган выскользнул из спальни хозяина и двинулся в покои Артайра.

— Где же Парлан? Отчего не пришел порадоваться моему унижению? — осведомился Артайр, едва Лаган отворил дверь.

Взглянув на следы, оставленные плетью на спине младшего Макгуина, Лаган понял, что проводивший экзекуцию Малколм вовсе не пытался сдерживаться.

— Глупец ты, Артайр, вот что я тебе скажу.

— А что я такого сделал? Попытался получить удовольствие от бабы?

— Было больше похоже на то, что ты пытался ее избить. В этом, что ли, заключается твое удовольствие?

— Нет. — Артайр отвел от Лагана глаза, поскольку стыдился вспышки ярости, которая его охватила. — Она, между прочим, прокусила мне губу.

— А нечего лезть, куда не надо. Это женщина Парлана.

— Но ведь поймал-то ее с братцем я! Значит, она моя награда за все лишения похода!

— Она принадлежит Парлану. У него тоже есть кое-какие права. Кроме того, она там находится не в качестве добычи. Они договорились о сделке.

— Черт, какая разница! В любом случае он не имел права подвергать меня порке.

Артайр негодовал, словно самолюбивый мальчик, и Лаган с осуждением покачал головой:

— Ты получил трепку, которую заработал бы всякий, позволивший себе то, что позволил ты.

— Я не всякий. Я его брат и наследник.

— Ты пьяница и глупый молокосос. Только не изображай сейчас оскорбленную невинность. Ты, а не я в подобных обстоятельствах должен был оказаться рядом с Парланом.

— Он не хочет, чтобы я находился при нем, — проворчал Артайр с обидой.

— Ничего подобного. Просто он тебе не доверяет. Не верит, что ты поступишь, как следует умному мужу. Уж слишком часто ты напиваешься. Иногда речь идет о минутах, когда необходимо принять верное решение — хотя бы потому, что дело идет о человеческих жизнях. Парлан не может рисковать.

— Он не дает мне возможности показать себя.

— Разве? Ты познал радости пития и женской плоти и прямо-таки купаешься в них! На серьезное дело, оказывается, у тебя времени не остается!

— Какое все это отношение имеет к моему положению наследника?

— Большее, чем, боюсь, ты в состоянии понять. Если бы ты не пил так много, то, возможно, знал бы, что творится под крышей родного замка. Выяснил бы, к примеру, что паренек, которого ты захватил в плен, — младшая дочь Лахлана Менгуса, а не какая-нибудь дешевая шлюха. Тебе следовало бы также понимать, что произойдет, если ты причинишь вред дочери главы клана Менгусов.

Будь ты умнее, ты бы уже знал, что эта девушка предназначена в жены Рори Фергюсону и что твой старший брат делает все, чтобы этого брака не состоялось. И выяснил бы заодно, почему он так хлопочет.

Лаган направился к двери, поскольку ему надоело поучать юнца, не имевшего представления, что такое ум зрелого мужа.

— Если бы тебе хватило мозгов, ты бы понял, что с каждым днем пленница, которую ты собрался было изнасиловать, на шаг ближе к тому, чтобы именоваться хозяйкой Дахгленна! — Лаган захлопнул за собой дверь, оставив Артайра в недоумении и вызвав больше вопросов, чем тот был способен обдумать.

Лаган застал Малколма в зале. Налив себе эля, он уселся за стол напротив приятеля. Неожиданно Лаган подумал, что не ел весь день, но тут же понял, что есть ему, собственно, не хочется.

— А ты исполосовал его от души.

— Ничего подобного. Хотя он заслужил хорошую порку за попытку обидеть такую милую и нежную девицу. — Малколм покачал головой. — Признаться, я удивлен, что лэрд приказал выпороть братца. Раньше я думал, что он способен простить Артайру все что угодно.

— Ты не стал бы удивляться, если бы видел, что там Произошло. На самом деле Парлан был близок к тому, чтобы убить парня.

— И что же его остановило?

— Трудно забить человека до смерти, когда у тебя на шее висит женщина. Это слегка отрезвило хозяина, и он малость оттаял. Я так думаю, что Эмил сделала это намеренно. Ну а потом Парлан предложил Артайру выбор: порка или изгнание.

— Господи, — прошептал Малколм, — значит, у хозяина на уме не одни только плотские радости.

— Вот именно. Одному Создателю известно, о чем он сейчас думает. Лэрд молчит как скала. Бедная девчушка сидит рядом с ним и знать не знает, чем кончится его затяжное молчание, но тоже молчит. Парлан ведет себя как-то странно. Я ушел от них в тот момент, когда он вдруг — раньше никогда такого не делал — принялся через окно созерцать двор замка.

— Душевная боль, что тут странного. Боюсь, Парлан винит себя в том, что Артайр превратился в ничтожество.