Подбрасывание лисиц и другие забытые и опасные виды спорта

Изначально это был обычный пень, в который солдаты метали копья или били дубинками. Но постепенно квинтен превратился в шест с закрепленным щитом, а затем и в фигуру человека, вырезанную из дерева, – для большей реалистичности. Высокое Средневековье было еще и временем Крестовых походов, потому чучелу часто придавали облик злобного турка[25] или сарацина с дубиной или мечом в руке (итальянцы даже называли спорт «напади на сарацина»[26]). Выструганный бюст устанавливали на шестифутовый шарнир, задачей всадника было попасть копьем прямо между глаз фигуры, и если в процессе оружие разбивалось, тем лучше. Но если он промахивался и лишь задевал фигуру, то сарацин или турок прокручивались вокруг своей оси и сбивали всадника с лошади, так что тот проигрывал и становился объектом насмешек зрителей. Те, у кого не было лошади, атаковали на своих двоих. Засчитывалось, сколько раз участнику состязания удавалось попасть по квинтену и куда именно. Зона между глазами приносила три очка, переносица и ниже – два, подбородок – одно. Все остальное не учитывалось, а если чучело оказывалось повернуто, участника сразу дисквалифицировали и остаток дня он не мог принимать участие в соревновании. Поэма XV века «Рыцарство и баталии» сообщает, что участники квинтена использовали оружие удвоенной тяжести как способ тренировать силу.

Изображение турнира по квинтену из книги «Военная и религиозная жизнь Средневековья и Ренессанса» Поля Лакруа (1874)

Одно из первых подробно задокументированных состязаний по квинтену находится в «Истории англов» (1250–1259) бенедиктинского монаха Матвея Парижского. Он рассказывает, как группа молодых лондонцев начала квинтен с призом-фазаном, а туда заявились слуги Генриха III. Они назвали лондонцев «трусливыми плутами» и «подлыми шутами», за что были избиты и выгнаны взашей. Это так разозлило короля, что он оштрафовал Лондон на 1000 марок (есть подозрение, что слуги были провокаторами, посланными в ответ за отказ Лондона присоединиться к Крестовому походу).

Иногда участник сидел на деревянной лошади, которую тащили члены команды, а иногда происходил «живой квинтен». Спарринг-партнер занимал место чучела и со щитом в руках должен был противостоять всадникам и пытаться отбить их удары копьем. Рассказывая о живом квинтене, Шарль Дюканж (1610–1688) цитирует автора романа «Куртуазный Гирон» (ок. 1400), где один рыцарь говорит другому: «Ни в коей мере ты недостаточно доблестен, чтобы я просто взял копье и налетел на тебя, потому я прошу, чтобы ты отошел немного от меня и потом со всех сил побежал, а я буду твоим квинтеном».

Другой популярной альтернативой был водный квинтен, он же «турнир рыбаков», о котором пишет Уильям Фитцстивен. Посреди Темзы закрепляли шест со щитом или квадратной крышкой на месте головы. Команда гребцов направляла к нему небольшую лодку, на носу которой стоял самый молодой участник с копьем. Люди обожали этот спорт и заполняли мосты, пристани и берега, наблюдая за соревнованиями нескольких лодок.

Феодальный квинтен постепенно начал исчезать, когда в Европе начались буржуазные революции, и вскоре он стерся из памяти, оставшись лишь поэтическим объектом у авторов вроде Шекспира, который прибегнул к нему для усиления метафоры в первом акте «Как вам это понравится», когда Орландо, переполненный любовью к Розалинде, провозглашает:

Как благодарность выражу? ИсчезлиСпособности мои, а здесь осталсяНемой чурбан, безжизненный обрубок [quintain][27].

Гонки оленей

У чернохвостого оленя, которые водятся на западе Северной Америки, всегда была лишь одна спортивная роль – добыча на охоте. Но в 1934 году мистер и миссис Уилбур Тимм из Калифорнии купили 28 оленят в Орегоне и привезли их на свою ферму в Келси, графство Эль Дорадо. У Тиммов были другие планы на животных: устраивать гонки на треке для бега с препятствиями.