Подлинная история русского и украинского народа

«В древнерусской летописи часто повторяется о тюркских кочевниках, что они «заратишася» на Русь, т. е. пошли на Русь ратью, войною. Возрождаясь в «украинцах», они опять идут войной на Русь в области культурной: они хотели бы стереть всякий след «русскости» в исконной сердцевинной, Малой (в греческом понимании) Руси. Все русское для них — предмет глубочайшей ненависти и хамскаго презрения. Мы неоднократно упоминали выше о том, что украинское движение с начала XX века сделалось орудием политических интриг против России, главным образом, со стороны Венскаго кабинета, который строил планы включить богатейшую Южную Россию, под названием «Украины», в состав Придунайской монархии. Возбудителями и проводниками такой идеи являлись польские политические деятели в Галиции».

Андрей Стороженко, русский историк,«Украинское движение.Краткий исторический очерк,преимущественно по личным воспоминаниям»

Украинский национализм — явление уникальное. Уже потому, что он возник еще до того, как появилась сама украинская нация. И обычно национально-освободительные движения развиваются по определенной схеме. Сначала народ осознает, что он угнетен, затем формулирует (точнее, это делают национальные лидеры) задачи и цели своего освобождения из-под чьего-либо гнета, а потом начинает бороться за свою свободу, и если борьба эта завершилась успехом, народ создает, опираясь на культуру, традиции, исторический опыт, свое национальное государство. С Украиной все вышло шиворот-навыворот. Сначала возникли сепаратистские тенденции, затем появились объяснения, зачем нужно отделяться, вместе с этим был нарисован портрет врага-угнетателя, после возник национализм, и лишь после этого стал формироваться народ, нация, которую якобы угнетали и которая стремилась всегда к свободе.

Как я уже говорил, малороссийский сепаратизм возник во многом под влиянием внешних факторов, точнее под влиянием польских «политтехнологов» 18–19 веков. Они и попытались использовать этот инструмент в борьбе за освобождение Польши, но власти Австро-Венгрии эту идеологию завели еще дальше. Они решили использовать украинский элемент как оружие против Российской империи. Но конечно, украинский сепаратизм был австрийским политическим продуктом, созданным исключительно для внешнего применения. Любой внутренний сепаратизм дунайская монархия подавляла безжалостно и сурово. Растущая мощь России в 19 веке пугала многих в Европе. И тут еще раз призову читателей понять реалии 19-го начала 20 века.

Карта Европы выглядела совершенно иначе, чем сейчас. Нет ни Чехии, ни Хорватии, ни Венгрии — есть Австро-Венгерская империя. До Балканской войны 1877–1878 гг. граница Азии для европейца начиналась в Белграде. Там уже были владения Османской империи. Появление Германской империи в 1871 году изменило расстановку сил на европейском геополитическом пространстве. И повлияло на украинский вопрос. Германия, поздно вступившая в гонку за колониями, пыталась наверстать упущенное, и российские территории казались ей выгодным приобретением. Ее союзник Австро-Венгрия предполагала поучаствовать в дележе, а если нет, то надеялась ослабить слишком уж опасного и крепкого восточного соседа.

Эдуард фон Гартман

Так что польская идея противопоставления малороссов и великороссов и костомаровско-драгомановские размышления о славянской федерации обрели новую форму. Речь пошла о создании отдельного от России малорусского-украинского государства. И эта идея стала все чаще фигурировать во внутренней и внешней политике двух империй. Предполагалось, что галицкие «украинцы» станут основой сепаратистского процесса уже в Малороссии, что созданная с помощью языковых законов и лекций Грушевского украинская нация сможет создать новое государство, анти-Россию, которое было бы буфером между Центральной Европой и собственно Россией.