Подлинная история русского и украинского народа

17 (04) июля 1908 года

Русское Слово. Славянский съезд (По телеграфу от наших корреспондентов).

ПРАГА, 3 (16), VII. Сегодня съезд единогласно принял постановление о необходимости создать славянский банк с временным центральным правлением в Праге, а затем, когда финансово-правовое положение России позволит, перевести его в Петербург с филиальными отделениями в главных славянских центрах.

То есть у России потенциально возникала возможность влиять на славянские народы Европы и поддерживать их и таким образом влиять на общеевропейскую геополитику в целом. При этом в Петербурге, скорее всего, не до конца понимали, какой инструмент влияния получает империя. Потому что дальше разговоров о славянском банке дело не пошло.

Так вот на этом съезде депутат Госдумы граф Бобринский познакомился с депутатами из Галиции. И был поражен общением с ними. Он не сразу вернулся в Россию, успел посетить Львов, причем как раз когда там шла подготовка к выборам в местный сейм, он стал свидетелем ожесточенной борьбы между «москвофилами» и украинцами. Он потом честно признавался:

«Я не знал, что за границей существует настоящая Русь, живущая в неописуемом угнетении, тут же под боком своей сестры — Великой России».

Владимир Бобринский попытался оказать помощь Галицкой Руси. Он обращался и в правительство, и к императору. Но все было тщетно. Чиновникам не была интересна Галиция, населяющие ее русские, тем более что их и русскими-то многие не считали. Уже перед началом Первой мировой войны, в феврале 1914 года, в записке, поданной на имя императора Николая Второго, Петр Дурнов, бывший российский министр внутренних дел, писал про Галицию так:

«Нам явно невыгодно, во имя идеи национального сентиментализма, присоединять к нашему отечеству область, потерявшую с ним всякую живую связь. Ведь на ничтожную горсть русских по духу галичан сколько мы получим поляков, евреев, украинизированных униатов? Так называемое украинское или мазепинское движение сейчас у нас не страшно, но не следует давать ему разрастаться, увеличивая число беспокойных украинских элементов, так как в этом движении несомненный зародыш крайне опасного малороссийского сепаратизма, при благоприятных условиях могущего достигнуть совершенно неожиданных размеров»[40].

Тогда Бобринский стал действовать сам. Основал «Галицко-русское благотворительное общество», стал финансировать русскую прессу во Львове и Буковине. Это на его деньги издавались газеты «Червонная Русь», «Русское слово» и «Галичанин», он помогал собирать пожертвования для помощи культурным учреждениям Галиции и для содержания русских школ с общежитиями. Еще пожертвования позволяли галицким русским юношам приезжать учиться в Россию. Дело в том, что правительство империи субсидировало обучение в университетах молодежи из Болгарии, Сербии, Черногории и даже Словении. Русским галичанам никаких субсидированных мест не давали. «Галицко-русское общество» в России взяло на себя и просветительские функции. На собраниях общества как раз и рассказывали о том, что в Галиции живут не только поляки и немцы, не абстрактные «австрийцы», а русские люди, которые до сих пор считают себя частью Русского Мира. Россия на официальном уровне их не замечала. Даже когда в Галиции начались карательные судебные процессы над русскими активистами.

5 марта 1913 года Владимир Бобринский предложил принять резолюцию к властям: «Собрание выражает горячее пожелание, чтобы правительство русское во исполнение исторических заветов России нашло способы воздействия для прекращения бесчеловечных страданий православных…»

Тогда же он написал обращение на имя премьер-министра Владимира Николаевича Коковцова, где были такие слова: