Подлинная история русского и украинского народа

Второй серьезной попыткой писать на малороссийском наречии можно считать литературные опыты харьковского писателя Григория Квитка-Основьяненко, который сочинил на малороссийском повести «От тоби и скарб», «Козир-дивка», «Добре робы — добре и буде» и водевиль «Сватанье на Гончаривци». Он считается одним из основателей украинской литературы, себя он, впрочем, так не оценивал и несколько произведений написал на русском языке, и даже тот факт, что он издавал первый харьковский журнал «Украинский вестник», не означал, что он относил себя к украинцам. Напомню, Харьков в те годы был одним из крупнейших городов Слободской Украины. Точнее, Слободско-Украинской губернии, в которую была преобразована Слобожанщина. И название «Украинский вестник» говорило о том, что это региональное информационное издание. Как «Московские новости».

Григорий Квитка-Основьяненко

При этом русское столичное общество произведения малороссийской прозы любило и в целом относилось к ним как к новому и интересному культурному явлению. Написанная лингвистом Алексеем Павловичем Павловским первая «Грамматика малороссийского наречия, или грамматическое показание существеннейших отличий, отдаливших малоросское наречие от чистого российского языка, сопровождаемое разными по сему предмету замечаниями и сочинениями» была издана в Санкт-Петербурге в 1818 году. В предисловии Павловский писал, что своей целью считал «положить на бумагу одну слабую тень исчезающего наречия сего близкого по соседству со мною народа, сих любезных моих соотчичей, сих от единые со мною отрасли происходящих моих собратьев».

В 1812 году в Петербурге же был издан и первый сборник старинных малороссийских песен, составленный князем Николаем Андреевичем Цертелевым. Затем был еще сборник «Малороссийские Песни», который опубликовали в Москве в 1827 году, а повторно их издали в 1834-м. В Петербурге печатались книги Котляревского, а Гоголь, прибыв в столицу империи, писал матери, чтобы та прислала ему пьесы отца, Василия Афанасиевича, который сочинял их для домашнего театра. «Здесь всех так занимает все малороссийское, что я постараюсь попробовать поставить их на театре».

Собственно, до польского восстания идея развития и популяризации малорусского наречия никого не пугала и не казалась признаком какого-либо регионального сепаратизма. И даже после него, до следующего восстания 1863 года, она не воспринималась как угроза государственному строю. Лишь после него на языковую проблему обратили внимание в Петербурге.

Однако судя по работам польских историков о первых годах работы Харьковского университета, которые проходили под попечительством польского националиста графа Северина Потоцкого, польские преподаватели все же, видимо, старались навести своих малороссийских студентов на мысль о том, что им стоит писать малороссийским наречием. То есть глобального польского проекта создания отличного от русского языка, вероятно, не было. Но в отдельных университетах и училищах эта идеология закладывалась. Есть такая восточная поговорка — «Хочешь победить своего врага, воспитай его детей». Именно это и случилось в Малороссии. И польская пропаганда через некоторое время все же принесла свои плоды. В 40-е годы 19 века в Киеве впервые прозвучало слово «Украина» в значении названия страны, державы, и украинцы, населяющие ее, были названы отдельным народом.

Николай Костомаров

В 1846 году — было это просто совпадением или нет — произошли два важных события. В Москве впервые официально издали «Историю русов», а в Киевском университете возник кружок молодых, прогрессивных и либеральных интеллектуалов — Кирилло-Мефодиевское братство. Возникло это братство по инициативе молодого профессора университета Николая Костомарова. Он — и это важная деталь в этой истории — был выпускником Харьковского университета, того самого, где так сильно было польское влияние. И хотя Костомаров поступил туда уже в 1833 году, после Польского восстания, когда многие активные участники польского проекта по отрыву Малороссии от России были вынуждены бежать в Европу, антироссийская ультралиберальная и пропольская идеология оставалась в стенах Харьковского университета столь же сильной. Во время учебы Костомаров заинтересовался историей Малороссии, Слобожанщины, слободских казачьих полков, как многие молодые интеллектуалы той эпохи, он увлекся «хождением в народ» — это, кстати, лишнее доказательство того, насколько расслоенным было общество. Высшие и низшие классы жили словно в разных Россиях. Костомаров выучил малороссийский диалект (уж простите, но не было тогда украинского языка), о чем он сам писал в воспоминаниях: