Подлинная история русского и украинского народа

«Вы желаете, г. Падалица, чтобы грустное прошедшее послужило уроком в настоящем — превосходное желание! — От вас же и зависит его исполнить: если вы убедились из прошедшего, что католически-шляхетская пропаганда на Руси повела к самой грустной развязке, то откажитесь от этой пропаганды; если вы увидели, что личное и поземельное положение крестьян вызывало постоянное с их стороны противодействие, то обращайтесь с ними погуманнее да наделите их землею; если для вас ясно стало, что полонизация верхних слоев Руси разорвала ее народное единство, но тем не менее не пошла впрок полякам, так уговорите шляхту, живущую на Руси: пусть она старается искренно сделаться снова русскою. <…> А в настоящее-то время польская публицистика, на основании не имеющих практического значения исторических данных, решается утверждать, будто на правом берегу Днепра нет Руси, а только сущая Польша. В доказательство того, что это направление — не моя выдумка, могу вам указать целый ряд журнальных статеек и брошюр польских, вышедших в последнем полугодии, доказывающих, что русской народности нет, что язык русинский есть провинциализм польского, едва от него отличающийся местным выговором и т. п. Полюбопытствуйте, например, заглянуть в любую галицко-польскую газету (Czas, Przeglqd, Głos) или прочтите в декабрьской книжке 1861 г. Библиотеки Варшавской статью г. Феликса Жоховского о русинском языке или статью о свято-юрцах, или потрудитесь пересмотреть No№ 304–310-й Варшавской Газеты (Gazeta Warszawska), статью Korrespondencja ze Lwowa, или прочтите вышедшую во Львове брошюру г. Генриха Шмидта под заглавием: Несколько беспристрастных слов о Руси (Kilka stow bezstronnych o kwestji Rusińskiej), или брошюру, вышедшую в Париже под заглавием: Семейный Совет (Rada Familijna) и т. д., и тогда скажите по совести — кажется ли это только мне, или в самом деле польские публицисты хотят доказать, что край между Карпатами и Днепром — есть край польский?»

Но вообще «Основа» сыграла свою роль распространителя идеи украинского и малороссийского национализма и сепаратизма. Прежде всего, потому что именно этот журнал популяризировал украинский алфавит Кулиша, и через несколько лет эта идеологическая бомба взорвалась в Галиции. Теории о двух русских народах, о федеративном устройстве Российской империи никуда не делись. Правда, Николай Костомаров теперь писал осторожно: «О федеративном начале в Древней Руси» — так называлась его статья, которая даже вошла в «Курс русской истории» К. Н. Бестужева-Рюмина, — подводя читателя к мысли, что сейчас все в России устроено неправильно. Вот раньше было иначе.