Поезд из Варны

– Это мой сервиз! И стол не отдам! – Юрий был ошарашен, оказывается, он совсем не знал своей жены – вместо доброй Светланы перед ним была жадная тетка.

За прошедшие годы Юрий многому научился, появилась деловая хватка. Теперь он умел говорить резкое «нет» людям в глаза, а лодырей или склочников выгонял не раздумывая. Благо, у него не было никаких профкомов, встававших на защиту бездельников. Пережив муки становления, он и теперь не расслаблялся ни на минуту – целый отдел фирмы занимался рекламой предоставляемых услуг, поиском заказчиков. Сейчас он легко смог бы поставить на место и Светлану, но спорить не стал:

– Да забирай ты это барахло, забирай вместе с домом! – с досадой схватил со стола портфель, опрокинув чашку:

– Все! Понимаешь, все – мы прожили нашу жизнь. Любовь прошла, и что теперь – сытая спокойная старость?

«Сытая спокойная старость?» Боже, ведь он будто читает мои мысли, – подумала Светлана, – но как его фраза не похожа на мою! Та была уютной и мирной, эта несет неудобства и войну».

– Так ты все-таки стала с ними воевать? – не удержалась я.

– Нет, нет! Конечно, хотелось кинуться и придушить, бить посуду, крушить мебель! Но потом взяла себя в руки, понимая – его фифа была совершенно права – мне выгоднее жить с ними мирно. Впрочем, об этом уже было сказано…

«Странно, – мелькнуло у меня в голове, – почему же я не могу себе даже представить, что стану дружить с новой женой моего бывшего»?

…Юрий, наконец, понял всю ненужность разговора, пожал плечами, взглянул на Светлану, будто увидел ее в первый раз. В его голове билась только одна мысль: «Вот все и решилось!» – некая досада на Юлю, конечно, была, его вполне устраивала жена под боком, и Юля рядышком, да что уж теперь…

Он торопливо вышел из дома.

…Хлопнула входная дверь, быстрые шаги уходящего мужа – теперь уже бывшего – отозвались болью в сердце. Светлана сидела, уставившись в одну точку, еще не до конца понимая произошедшее, но чувствуя – перемены не за горами…

…Адвокат, к которому через несколько дней пошел Юрий настаивал:

– Вам надо немедленно вернуться домой и быть там до самого раздела имущества – жена может многое спрятать и доказать потом будет сложно.

– Я не смогу вернуться туда ни на час, – махнул рукой Юрий, – пусть забирает все!

…Так рассказывала Светлана, украдкой утирая слезы.

Однажды пришло откровение – значит, она давно жила не так, благополучие только казалось – и вот все рухнуло в одночасье.

Где упустила тот момент, когда Юрий перестал смотреть с теплотой? Ей рядом с ним всегда было хорошо, а что стало не по душе ему? Почему был недоволен их совместной жизнью, недоволен всем – от запеканки на завтрак до ее нового платьишка? Сказал бы – да так, чтобы дошло – тряханул за плечи, стукнул кулаком по столу!

Но долго копаться в себе Светлана не любила и бесплодным раздумьям предаваться не стала.

– Представляешь, каково мне тогда было? – подняла она глаза, полные боли: – Не хотелось выходить на улицу, ведь соседи были в курсе дела! Их расспросы, сочувствующие, а порой злорадные взгляды приносили страдание, но я держала марку – красила глаза, пудрила нос, и высоко задрав голову, выходила из дома.

Помолчав, она облегченно вздохнула:

– Вот рассказала, и как будто легче стало!

– Известное средство! – вздохнула и я.

То, что поведала Светлана, было, как сказали бы мои дети, круто. Раньше я считала свою жизнь нескладной, полной неожиданных поворотов и приключений различного толка. Но теперь слушала затаив дыхание, искренне сочувствуя, понимая, что перед ее жизненной драмой меркнут все мои передряги.

Для мужа карты, биллиард и другие развлечения были важнее жены и маленькой дочери. Он изменял, но никогда не сознавался в этом, и уж конечно, уходить из семьи не собирался. Или я просто опередила события, подав на развод?

Муж оказался прирожденным лидером, подобной была и я. Нам было тесно вместе, и он мучился, ощущая рядом со мной, как ему казалось, свою незначительность. Незначительность, придуманную и взращенную им самим. Наверное, думал, что рядом с неказистой и недалекой будет красавцем и умником. Но я тогда этого не понимала, только увидев однажды мельком соперницу, ошеломленно недоумевала: «Ты променял меня на эту страхолюдину? Ты – меня? На это недоразумение? Как же ты смог…» – совсем забыв, что на развод подала сама, а она стала его женой гораздо позже.

Через несколько лет, вероятно следуя принципу «чем хуже, тем лучше», он все-таки женился на ней, женился и теперь упивается своим явным превосходством.

А может они были предназначены друг другу изначально?

***