Поезд из Варны

– Клёпа´ми? – с легким прононсом удивлялся Пьер, уморительно нюхал малину, и приносил крупную красную смородину.

– Мы должны хоть немного заниматься зарядкой, – поучала она, поднимаясь на третий этаж гостиницы пешком, и он, шагал следом через ступеньку, обещал немедленно устроить зарядку, правда в ином стиле…

Пьер, молодой и улыбчивый, оказался невероятным щеголем – даже простая белая рубашка с закатанными по локоть рукавами, выглядела на нем шикарно. Синие джинсы, шейный шарфик, умело завязанный в расстегнутом вороте, ароматный парфюм и легкий прононс завершали картину – элегантный француз оправдывал ожидания.

«Мне тоже надо быть на высоте», – собираясь на море, думала Светлана и завязывала на плече особым узлом яркую пляжную накидку «парэо».

Ее кавалер красиво ухаживал, дарил цветы, пододвигал стул в кафе, но самое главное …

– Мы ходили в кабаре с настоящим стриптизом, а потом – потом я повторяла все это в номере при свете луны – представляешь? – восторгалась она, мечтательно закатывая глаза: – Ах, какой он был в постели! Раньше и представить не могла, что так бывает!

Они гуляли вдоль пляжа, где воздух пропитан праздностью и ленью, где маленький паровозик резво катит разноцветные вагончики с отдыхающими, а набережная забита лавочками с купальниками, шляпами, пестрыми полотенцами и прочими сувенирами. Спрятаться от посторонних глаз было негде, и Пьер целовал ее прилюдно, так проводя своими изящными пальцами по спине – от шеи до самого бедра – что от желания сводило скулы…

Из чувства природного любопытства я спросила:

– А ты бы поменяла теперешнюю жизнь на ту, спокойную, с Юрой?

– Нет-нет, что ты – у меня впереди прекрасное будущее – столько молодых мужчин будут искать встреч! – ее слова звучали убежденно, не допуская иного развития событий.

…Как говорится, если хочешь насмешить судьбу, расскажи о своих планах…

***

За окнами вагона – южный район Волгоградской области, станция Котельниково. Состав осадили продавцы, наперебой предлагая дары Цимлянского рукотворного моря – рыбу свежую, жареную и вяленую, котлеты, щучью икру. Распластанные рыбины – сомы, белорыбицы – так и светятся янтарем. Тут же краснеют горки вареных раков – вот где раздолье!

Светлана вышла на перрон, спросила у бабульки в белой косыночке:

– Рыбка свежая?

– Конечно, деточка! – перекрестилась та, – Когда же ей испортиться-то? Поезда идут один за другим – только успевай ловить!

Моя попутчица вернулась в купе, держа в руках небольшого сомика, положила его на стол:

– Пробуем – видишь, все уже принялись за дело! – по вагону и правда распространялся запах речных деликатесов. Я достала складной дорожный ножик, стала примеряться к рыбине, но Светлана отняла его:

– Дай сюда, вижу – не умеешь! – и стала аккуратно срезать янтарную мякоть с тонкой кожицы. Ломтики сложила на тарелку:

– Прошу!– мы смаковали кусочки рыбки, жмурясь от удовольствия, причмокивая, облизывали жирные пальцы.Оставалось часа три пути.

Наконец путешествие закончилось – мы припудрили носы, подкрасили губки, обменялись номерами телефонов и потащили по узкому вагонному коридору чемоданы и дорожные сумки.

***

Проходило лето, спала немыслимая жара, не покидавшая город даже ночью. Светлана позвонила утром, предложила встретиться.

В японском кафе на набережной было прохладно и тихо, сели у окна, выходящего на Волгу, заказали суши. Доставая из сумки телефон, я выронила на стол брошюру Ленина, которую сегодня отыскала в городской библиотеке для старшего внука.

– Это тебе еще зачем? – изумилась Светлана.

– Для Артема. Понимаешь, какое дело – моя любимая математика ему совершенно не дается, зато парень все лето читает труды вождей мирового пролетариата – и Ленина и Маркса. Может, пойдет в политику? А недавно порадовал, сказав: