Поездка Есенина в Туркестан

Его жена Юлия Александровна Михайлова (в девичестве Грансман) (1873 – 1953) родилась в Каттакургане, куда ее отец переехал из Оренбурга . Окончила женскую гимназию в Самарканде. В 1895 году вышла замуж за Михайлова и переехала в Ташкент. В городе зарекомендовала себя хорошей портнихой, ее услугами пользовалась великосветская знать. Была начитанной, писала стихи, любила играть в любительских спектаклях. Во время гастролей в Ташкенте в доме Михайловых в гостях была знаменитая актриса Вера Федоровна Комиссаржевская.

В семье Михайловых было две дочери и сын. Их возраст позволял непринужденно общаться с Есениным. Все они были образованными, любили поэзию, театр, искусство.

Старшая дочь Елена Гавриловна Михайлова (в замужестве Макеева) (1897 -1972) окончила Ташкентскую женскую гимназию. Знала английский, французский и немецкий языки. После революции окончила бухгалтерские курсы и работала бухгалтером в Музее искусств, где директором был художник А.Н. Волков.

Ее младшая сестра Ксения Гавриловна Михайлова (в замужестве Шишова) (1901 – 1985) окончила Ташкентскую гимназию и курсы восточных языков. Она занималась переводом текстов с английского, узбекского, фарси и латыни. Трудилась библиотекарем в Медицинской библиотеке, вела исследовательскую работу. Писала стихи, а ее переводы узбекских поэтов публиковались в печати. Очень любила играть в любительских спектаклях. В драматическом кружке Дворца текстильщиков она исполняла роли леди Мильфорд в «Коварстве и любви», Кабаниху в «Грозе», Кручинину в «Бесприданнице», Майсару в «Проделках Майсары».

Их брат Владимир Гаврилович Михайлов (1899 – 1982) окончил реальное училище в Ташкенте. Для продолжения учебы уехал в Томск, но после революционных событий возвратился в Туркестан. Всю свою дальнейшую жизнь он посвятил журналистике, более 30 лет проработав корреспондентом в республиканской газете «Правда Востока».

«Почему Есенин попал в дом моих родителей? – вспоминал Владимир Гаврилович Михайлов. – Он дружил в Москве с Григорием Колобовым, который тогда по-модному длинно назывался председателем контрольной транспортной фронтово-разгрузочной комиссии. А отец, Гавриил Михайлович, работал начальником транспортного отдела Наркомата рабоче-крестьянской инспекции Туркреспублики, имел непосредственное отношение к работе транспорта. Колобов захватил в Среднюю Азию Есенина и еще одного товарища. Фамилии его я не помню. Высокий брюнет с волосами, зачесанными на косой пробор. Он тоже декламировал стихи (Сестра уверяла, что это Мариенгоф, но я в этом не был уверен). Придя домой к обеду, я застал всю компанию за столом. Есенин сидел в сером костюме и, как мне казалось, застенчиво поправлял свисавшие на лоб золотистые кудри. В первую встречу разговор с ним был очень короткий. Он спросил: - Нравятся Вам мои стихи? Мой отрицательный ответ его несколько озадачил Я пошел в свою комнату и вынес только что изданную в Петрограде книжку стихов Константина Липскерова «Песок и розы». И удивило то, что Есенин сразу обратил внимание на самое мое любимое стихотворение. Он медленно прочел:

Чтоб отчизну любить,

надо в далях грустить по отчизне.

Чтоб уста полюбить,

прикасаться не надо к ним мочь

Чтоб в шатре бытия

полюбить все сокровища жизни,

Надо шатер приподнять

и взглянуть на мгновение в ночь.

- Да, это хорошо, - задумчиво произнес он. – Представляете: темнущая ночь. Шатер в степи. Полог распахнут. Оттуда яркий свет. В проходе стоит человек в шлеме, кольчуге, с копьем и, заслоняя ладонью глаза, всматривается в тьму.

То, что он сказал, было мне близко и понятно. Потом его отозвали» (25, с. 80-82).

Неотправленное письмоР.В. Иванову-РазумникуДо21 мая1921 года

С. Есенин в Ташкенте общался с различными людьми, но многие из них относились к нему как к почетному гостю, с соблюдением всех традиций гостеприимства. Ему же иногда нужен был собеседник, с которым можно было поговорить по душам, без всякого лукавства и настороженности, что твои слова могут быть истолкованы превратно. Таким собеседником в Ташкенте у Есенина заочно стал Разумник Васильевич Иванов-Разумник. Именно ему в свободное от встреч время С.Есенин начал писать письмо, надеясь отправить его из Ташкента: «Дорогой Разумник Васильевич! Я послал Вам письмо, книги, еще письмо, ждал от Вас какого-нибудь ответа и не получил его, и мне кажется, что Вы, по-видимому, обиделись за что-то (…) Я очень много думал, Разумник Васильевич, за эти годы, очень много работал над собой, и то, что я говорю, у меня достаточно выстрадано» (VI, с. 122).