Пограничные войска России в войнах и вооруженных конфликтах XX в.

В-четвертых, постоянно ощущался низкий уровень профессиональной подготовки высшего командного состава российской армии и флота. «Большинство старших начальников маньчжурских армий были, подобно Куропаткину, представителями упадочной эпохи русской армии», — пишет Керсновский. И продолжает: «Отрицательной величиной являлся маньчжурский Пфуль — Харкевич… автор удивительного плана войны «под Барклая». Генерал Кульбарс имеет право на признательность энергичным подавлением смуты. Командующим армией он был посредственным, и то же можно сказать о Бильдерлинге. Большинство командиров корпусов и начальников дивизий были бесцветны и ничем себя не проявили»[68].

Ненамного лучшей была выучка старших офицеров и боевая слаженность войск. В результате проведенной инспекции в одном из отчетных документов отмечалось: «Осмотренные мною части… должны быть признаны недостаточно подготовленными для действий в составе отрядов из нескольких рот и сотен. Учения нескольких рот и сотен проявили в большинстве случаев недостаточное знакомство старших офицеров с делом обучения подчиненных»[69].

На фоне общих недостатков военного искусства российских войск в войне действия пограничных войск стали важным периодом их боевой истории.

В период подготовки к войне пограничные войска Заамурского округа ОКПС впервые получили задачи на случай войны, которые заключались в охране железнодорожных коммуникаций в тылу действующей армии. Прямое участие их в боевых действиях, равно как и выполнение других задач, заблаговременно не предусматривалось. Однако с началом войны они, кроме того, были частично использованы для ведения разведки противника, борьбы с японской агентурой в тылу действующей армии, охраны флангов действующей армии, а также в боевых действиях совместно с армейскими формированиями.

Эффективность решения задач была не одинаковой. Если задачи, связанные с охраной, в том числе и флангов действующей армии, решались успешно, так как были близки по характеру служебно-боевой деятельности пограничников в мирное время, то при выполнении остальных имели место существенные недостатки. Из-за отсутствия навыков разведывательной работы в глубоком тылу противника пограничники нередко вели разведку боем или ограничивались пассивным наблюдением за врагом. Контрразведывательная работа, как правило, сводилась к безвыборочным задержаниям и допросам большого количества людей, что не давало положительных результатов, а карательные рейды по тылам своих войск только вызывали ненависть местного населения.

Участие пограничников в боевых действиях совместно с войсковыми формированиями не было вынужденной мерой и объяснялось стремлением армейского командования переложить на их плечи часть наиболее сложных боевых задач: обеспечение выхода из боя и отхода войск, ведение арьергардных боев с превосходящими силами противника. Хотя надо признать, что в ряде случаев участие пограничников в боях было вызвано условиями обстановки, например, оборона Порт-Артура. И тогда они проявляли героизм, мужество и высокие боевые качества.

По итогам действий Заамурского округа пограничной стражи в войне с Японией шеф ОКПС 21 ноября 1904 г. издал специальный приказ. В нем говорилось:

«Тяжелая и ответственная служба чинов Заамурского округа Отдельного корпуса пограничной стражи с открытием военных действий на Дальнем Востоке приобрела особое значение в деле неусыпного охранения неприкосновенности Восточной Китайской железной дороги[70].

Движимые чувством долга и беззаветной преданности Престолу и Отечеству, все чины этого округа, от старшего генерала до младшего рядового, напрягли все свои силы для выполнения возложенных на них задач, а многие из них как при охране пути, так и в целом ряде боевых подвигов, совершенных вместе с действующими войсками, кровью своей запечатлели беспредельную преданность Монарху и Родине.

Благодаря их самоотверженности и неустанным трудам дело, порученное чинам Заамурского округа, выполнено блестяще: железнодорожное сообщение, несмотря на всевозможные ухищрения врага, ни разу не было прервано и сосредоточение Маньчжурской армии совершилось без задержек, как совершается и до сего дня пополнение ее и снабжение всем необходимым».

За успешное решение задачи охраны железнодорожных коммуникаций в тылу действующей армии была объявлена «Высочайшая Его Императорского Величества благодарность всем чинам Заамурского округа за их самоотверженную доблестную службу»[71].