Пограничные войска России в войнах и вооруженных конфликтах XX в.

Кроме того, между СССР и Прибалтийскими государствами были подписаны пакты о взаимопомощи: с Эстонией — 28 сентября, с Латвией — 5 октября, с Литвой — 10 октября[349]. Их содержание предусматривало введение контингентов Красной Армии на территорию этих стран. В Финляндии это расценили как начало оккупации своих соседей по региону со стороны Советского Союза и как угрозу для себя.

В это время правительство Финляндии стремилось получить от западных держав, в том числе и от США, инструкции относительно того, какую позицию нужно занять в случае требования СССР, чтобы министр иностранных дел Финляндии приехал в Москву для переговоров, подобно Латвии и Эстонии: отказаться ли от переговоров и начать воевать, последствием чего может явиться захват Красной Армией Финляндии, либо заключить соглашение с СССР? Последнего финское руководство явно не хотело, ибо это, с его точки зрения, означало утрату суверенитета[350].

Поэтому, когда советское руководство предложило продолжить переговоры в Москве, правительственные круги Финляндии приняли решение не идти ни на какие уступки и в случае необходимости драться во что бы то ни стало, опираясь на обещанную помощь Англии, США и Швеции. Параллельно с этим правительство отдало распоряжение об эвакуации в трехдневный срок населения из 100-километровой пограничной зоны на Карельском перешейке и побережье Финского залива, объявило всеобщую мобилизацию[351].

Сразу после отъезда правительственной делегации в СССР Финляндия спешно начала готовиться к отражению возможной агрессии со стороны Советского Союза: эвакуировались жители из городов (из Хельсинки — свыше 100 тыс., из Выборга — более 50 тыс. человек), проводилась всеобщая мобилизация, вследствие чего армия достигла 300 тыс. человек, объявлялась всеобщая трудовая повинность, реквизировался частный транспорт. Все больницы подготовили для приема раненых. В Хельсинки усиленно шли работы оборонительного характера[352].

Естественно, что в данной ситуации советско-финляндские отношения продолжали обостряться, еще более укреплялось недоверие Финляндии к Советскому Союзу. Это подтолкнуло ее правительство напрямую обратиться к западным державам, руководство которых было заинтересовано втянуть СССР в войну, всячески стремилось сорвать переговоры и обещало Финляндии военную помощь. Заручившись поддержкой Англии, США, Франции и Швеции и заранее решив не идти на уступки СССР, политическое руководство Финляндии взяло курс на подготовку к отражению возможной агрессии со стороны Советского Союза. В этих условиях 12 октября 1939 г. начался последний, третий тур переговоров в Москве. Переговоры проходили в несколько этапов.

Необходимо отметить, что на всем протяжении переговоров советская сторона постоянно ужесточала условия, которые постепенно перерастали в требования и, наконец, превратились в ультиматум.

На первом этапе переговоров советские предложения сводились к следующему:

1. Заключить пакт о взаимопомощи по образцу договоров, подписанных с Эстонией, Латвией и Литвой; это предложение делегация Финляндии, опасаясь за суверенитет своей страны, отвергла сразу.

2. Сдать в аренду сроком на 30 лет п-ов Ханко (Гангут) для устройства советской военной-морской базы[353].

3. Передать Советскому Союзу в обмен на соответствующую советскую территорию о-ва Гогланд, Сейскаари, Лавансаари, Тютер-саари (малый и большой), Бьерке, а также часть Карельского перешейка от с. Липпола до южной оконечности г. Койвисто, западную часть п-вов Рыбачий и Средний — общей площадью 2761 км² — в обмен на 5529 км² советских территорий в районе Реболы и Поросс-озера[354].

4. Принять взаимные обязательства не участвовать в коалициях государств, прямо или косвенно враждебных СССР или Финляндии, а также разоружить укрепрайоны на Карельском перешейке вдоль границы, оставив обычную пограничную охрану.

В меморандуме правительству СССР от 23 октября 1939 г. правительство Финляндии ответило, что не возражает в принципе против предложения об обмене территорий, но категорически отказывается обсуждать вопрос о передаче в аренду или продаже п-ова Ханко.

В ответном меморандуме от того же числа советское руководство в требовательном тоне вновь подняло вопрос о п-ове Ханко и переносе границы на Карельском перешейке[355].

Тем не менее правительство Финляндии в ответном меморандуме от 31 октября 1939 г. не отказалось от своей точки зрения относительно п-ва Ханко, но высказало готовность пойти навстречу СССР при решении других рассматриваемых проблем[356].