Политические идеологии

В то же время нельзя согласиться и с тем, что такое понимание политических целей и методов пролетариата было ошибочным с самого начала, лишено какой бы то ни было рациональности и к никаким положительным результатам не привело. Именно политическая борьба рабочего класса, в том числе его революционные выступления, в значительной мере способствовала серьезным завоеваниям демократии и существенным модификациям самого капиталистического общества. Ныне эти изменения вызвали к жизни новые представления о власти, ее механизмах, роли насилия, классах и государстве, диктатуре и демократии. В итоге по-новому видится и сам ход исторического развития: резкий революционный разрыв с капитализмом уступает место процессу его постепенного самоотрицания в результате неуклонного усиления заложенных в общественном производстве интеграционных тенденций.

Однако главный смысл марксистской теории социализма, который не всегда адекватно постигается, заключен в раскрытии экономической закономерности перехода к общественной собственности и в выяснении ее сущности. Здесь необходимо подчеркнуть, что в любой концепции социализма центральным является положение об общественной собственности как условии социального равенства и свободного развития каждого индивида. Можно как угодно изменять, истолковывать идею социализма, приспосабливая ее к новым условиям и обстоятельствам, что, кстати, все время и делается, но там, где есть отказ от принципа общественной собственности, исчезает смысл самой идеи, то, ради чего она возникла в общественном сознании. Думается, что суть учения К. Маркса об общественной собственности все еще погребена под массой псевдо– и околомарксистских спекуляций на эту тему. Каково же Марксово видение данной проблемы?

Критика казарменного коммунизма

По К. Марксу, общественная собственность не есть формально общая собственность всех или многих на средства производства. Но именно обратное положение, согласно которому общественная собственность понимается как формально общая собственность коллективов людей или всех членов отдельно взятого общества, и отложилось в обыденном сознании как идея К. Маркса. Тогда действительно получается, что достаточно в любой исторический момент объединить имеющиеся средства производства в руках многих, а в пределе – всех, объявить их собственностью больших коллективов людей или общества в целом, чтобы в итоге считать такую собственность общественной. Это и было сделано у нас в стране, после чего общество было объявлено социалистическим. Как теперь видно, данные преобразования, потребовав многих жертв, не привели к желаемой гармонии в отношениях между человеком и обществом.

Будет кстати заметить, что именно К. Маркс, а не кто иной, задолго до экспериментов в ряде стран с административным «уничтожением» частной собственности на средства производства, их всеобщим огосударствлением показал, что ожидает такое общество, которое он назвал «грубым коммунизмом» или «казарменным коммунизмом». Впервые этот вопрос теоретически он рассмотрел в работе «Экономическо-философские рукописи 1844 года» [9], не известной в XIX в. и ставшей знаменитой в XX в. С ней полезно познакомиться полностью, а здесь мы приведем лишь некоторые положения, относящиеся к предмету нашего рассмотрения.

По мысли К. Маркса, «коммунизм», основанный на формально общей собственности на средства производства, есть лишь последовательное выражение частной собственности. Такой «коммунизм» стремится уничтожить все то, чем на началах частной собственности не могут обладать все, повсюду отрицает личность человека, порождает жажду нивелирования исходя из представлений о некоем минимуме. Для подобного «коммунизма» общность есть лишь общность труда и равенство заработной платы, выплачиваемой общиной как всеобщим капиталистом. «Что такое упразднение частной собственности отнюдь не является подлинным освоением ее, видно как раз из абстрактного отрицания всего мира культуры и цивилизации, из возврата к неестественной простоте бедного, грубого и не имеющего потребностей человека, который не только не возвысился над уровнем частной собственности, но даже и не дорос еще до нее» [10].

К вопросу о казарменном коммунизме К. Маркс вернулся еще раз спустя более четверти века в связи с «нечаевщиной» в России и альянсом между революционером-заговорщиком С.Г. Нечаевым (1847–1882) и всемирно известным революционер-монархистом МЛ. Бакуниным (1814–1876), записавшими себя в последователи «Манифеста Коммунистической партии». Разбирая работу С.Г. Нечаева «Главные основы будущего общественного строя» (1867), К. Маркс приводит из нее ряд выдержек, в которых описываются черты скроенного по нечаевской мерке «будущего», и в частности ту, в которой устанавливается его основной принцип: «производить для общества как можно более и потреблять как можно меньше». Вот Марксова оценка предлагаемого С.Г. Нечаевым общественного устройства.